Левиафан. Пути Древних

Кто знает, что ждет их на пути к городу, так что ему жизненно важно поспасть, хотя бы несколько часов.

Мидас устроился в углу убежища возле стойки с оружием. Меч он положил рядом на расстоянии ладони. Карн почувствовал изменения в ауре друга и нехотя согласился с тем фактом, что ему стоит последовать примеру фригийского царя. Он готов был беседовать с каинитом всю ночь, а потом еще одну и еще. Ведь это уникальный пласт знаний, который даже не всем богам доступен, что уж говорить о смертных! Да только Мидас прав – сейчас у них другие приоритеты.

К тому же, путь до Радогоста тоже нужно будет чем-то занять.

– Что ж, таков ваш жребий, – проговорил Карн, повернувшись в ту сторону, где на фоне древних заклинаний, избороздивших серебряными строчками глухой монолит серого известняка, раскинулась непроглядная пустота каинита. – Да только едва ли кто-то сумеет оценить эту жертву по достоинству.

Арминиус не ответил. Парень осторожно прошел к стойке с оружием и распластался на теплой земле неподалеку от Мидаса.

Не то, чтобы он не доверял вампиру, но ему было спокойнее, когда он ощущал ауру фригийского царя в непосредственной близости. Обе секиры – сломанную и чудом уцелевшую – он положил рядом, искренне надеясь, что не прикоснется к ним до утра.

А потом Карн провалился в тяжелый и короткий сон без сновидений, не успев подумать о том, нужно ли спать каиниту. Позже он узнает, что Детям Каина даже дышать не нужно. Зато им нужно чувствовать.

И любить. Как и всем существам – живым и неживым, что ходят под Солнцем или Луной – не важно.

Глава 16. Гарпии

Они проснулись одновременно. Мидас первым делом, еще даже не открыв глаза, выбросил руку в сторону. Пальцы, коснувшись обтянутой кожей рукояти, инстинктивно сжались. Меч был на месте. Лишь после этого фригийский царь размежил веки и приподнялся на локте, затем сел, осматриваясь.

У другого голова шла бы кругом от столь непродолжительного сна и внезапного пробуждения, но Мидас давно ходил по этой земле и скопил в своих архивах немало полезных навыков.

Да и в конце концов, он был богом! Хотя даже богу нужно спать, как это ни парадоксально звучит для большинства из нас.

Карн чувствовал себя еще более усталым, чем до того, как уснул. Он, в отличие от Мидаса, скитался меж временами и пространствами не так давно, а потому не успел обзавестись базовым набором попаданских талантов.