Левиафан. Пути Древних

Карн в этот момент буквально уложил своего врага на обе лопатки и сам удивился тому, насколько легко это получилось. С другой стороны, не было в этом ничего сверхъестественного – он уже знал алгоритм победы и просто применил его.

Существо конвульсивно подергивалось у его ног, уже не клекоча, скорее жалобно поскуливая. Парень полностью контролировал гарпию, но понимал, что долго так не сможет. Голова начинала кружиться, нос забивался – из него вот-вот снова потечет кровь.

– Можешь заставить ее говорить? – Мидас подошел к гарпии и заглянул ей в лицо с нескрываемым отвращением.

– Ведь она может не только клекотать. Это мы точно знаем.

– Я уже пробовал, но ее разум устроен иначе, – парень покачал головой. Он плотно стиснул зубы, стараясь говорить тише, но так, чтобы его услышали. Слова отвлекали, сбивали концентрацию.– Я быстро нашел моторные и нервные отделы, но не представляю, где у нее когнитивный центр.

– То есть ни память, ни речь… – начал Мидас.

– Нет, – Карн ожесточенно мотнул головой, от чего перед глазами поплыли алые круги.

Он тут же взял себя в руки и отметил на ментальном сканере приближение еще двух трикветров. – Кстати, ее подруги что-то почуяли. У нас не остается времени.

– Второго шанса может не быть! – рыкнул Мидас. Фригийский царь встал над гарпией, затем опустился на колени – одно уперлось ей в грудь, другое – в правое крыло. Он низко склонился над существом и прижал лезвие клинка к его дрожащей шее. – Говори, мразь. Читай свое треклятое заклинание, возвращай нас обратно! А не то я буду резать тебя на лоскуты до тех пор, пока мы не доберемся до предела твоих регенеративных способностей!

– Не думаю, что это поможет, – покачал головой Арминиус.

– А что поможет? – Мидас метнул на него полный ярости взгляд. – Есть у тебя еще какой-то трюк в кармане?

– Вообще-то есть, – спокойно ответил каинит, приближаясь к распростертому на земле монстру. – Я не думаю, что он сработает, но у нас нет выбора. Отойди.

Последнее слово он произнес тихо, почти не слышно, но прозвучало в нем что-то глубокое и повелительное, так что древний бог нехотя подчинился.

Он встал и отошел в сторону, даже клинок спрятал обратно в ножны, не отрывая взгляда от посеребренной маски каинита.

– Тауматургия, – прошептал Карн. – Я чувствую, как ты вновь концентрируешь в себе эту страшную силу. Не все Дети Каина так могут?

– Очень надеюсь, что не все, – мрачно заметил Мидас, который в глубине души был восхищен способностями Арминиуса.