Левиафан. Пути Древних

Он почувствовал двух воронов, которые, едва парень их заметил, тут же сорвались с ореха и, обломав пару веток мощными взмахами огромных крыльев, молча унеслись прочь.

Он сосредоточился и попытался увидеть берег, его неширокую полосу, нагретую солнцем, но в глубине – извечно холодную. Почти сразу он ощутил, что песок усеян более теплыми предметами, парень всмотрелся в них и через некоторое время стал улавливать их форму, судя по которой это было не что иное, как обломки корабля. Карн попробовал охватить больше пространства и ощутил рядом на воде пару искореженных бочек и опустевших деревянных ящиков, какие-то тканевые лоскуты.

И тут он осознал, что не чувствует ни одного тела. Ни мертвых, ни живых. Радоваться этому или насторожиться?

Он поднял руки к лицу и понял, что его повязка, закрывавшая глаза, исчезла. Парень скривился, оторвал лоскут от и без того пострадавшей штанины, и перевязал себе голову. Отчего-то ему не хотелось, чтобы окружающий мир видел его покалеченные бесполезные глаза.

Парень скрипнул зубами и усилием воли подавил всколыхнувшуюся в душе злость. Итак, вряд ли его выкинуло далеко от пункта назначения, температура воздуха низкая, море холодное, но солнце яркое, жжет. Он на южном побережье Моря балтов, а значит – иди вдоль берега и рано или поздно наткнешься на поселение с портом. Ну или на грот со схроном контрабандистов, что еще лучше.

Карн не сразу понял, что остался босым, но в данной ситуации стертые ноги могли бы стать его наименьшей проблемой.

От темно-синего плаща остался только капюшон, парень натянул его на голову, прячась одновременно от внезапно поднявшегося ветра и солнечных лучей, которые, казалось, нагревают кожу со сверхъестественной скоростью.

Его все еще шатало, но он определенно чувствовал себя лучше, об этом говорил как минимум тот факт, что мутную тошноту сменило нарастающее желание чем-то подкрепиться. Но это могло подождать, первое, что ему нужно сделать – найти Мидаса.

И едва он собрался с мыслями, пытаясь определить – в какую сторону двинуться, его ушей тут же коснулся внезапный стон.

Парень инстинктивно пригнулся, а руки метнулись к поясу. Но пояса не было, как и боевых секир. Он припомнил, что одну из них потерял во время шторма, еще до того, как их корабль налетел на скалу. Искать вторую было бессмысленной тратой времени.

Стон повторился. Карн наклонил голову, оценивая направление и расстояние. Кажется, шагов пятьдесят вдоль берега, по правую руку.