Деревянный меч. Обретение

– И ради такой мелочи...

Он написал несколько слов на шелковой бумаге, старательно выводя знаки в старинной манере, окончательно вышедшей из официального употребления лет тридцать назад.

– Как зовут эту вашу проститутку? – отрывисто бросил он.

– Ее зовут Хакка, отец, – ровным голосом произнес Наоки. – Я правильно запомнил?

Кенет кивнул.

Замершая было в воздухе кисть нанесла на бумагу два последних знака. Старик подождал, пока они высохнут, и подозвал слугу.

– Отнеси это в городскую управу, – распорядился он, – в Ведомство Сословий и Гильдий.

Скажи, что мне это нужно через полчаса и ни минутой позже.

Слово старого вельможи кое-что да значило в Каэне. Ровно через полчаса слуга примчался с пергаментом в руках – еле-еле тушь просохнуть успела. Указом городской управы женщина Хакка, сорока двух лет от роду, навечно вычеркивалась из списков публичных женщин и считалась принадлежащей к гильдии свах со всеми соответствующими изменениями в ее общественном статусе, кои подтверждал все тот же указ.

Кенет поблагодарил отца Наоки и запихал указ себе за пазуху, даже не заметив, каким откровенно злорадным удовольствием просияло на миг лицо старого вельможи.

Согнуть можно молодую иву – но не столетний дуб. Старик оставался верен себе. Он не стал меньше презирать и ненавидеть Кенета только оттого, что начал больше его уважать. Одно с другим у него уживалось прекрасно. Возможность помочь молодому магу в пустячном по меркам старика деле доставило ему некое извращенное наслаждение.

Что-то вроде чувства удовлетворенной мести. Значит, есть еще такие затруднения, с которыми нахальному воину никак не справиться, несмотря на всю его магию! То, что Кенет был принужден просить его об одолжении, приводило старика просто в восторг. Он не любил быть кому-то обязанным безвозмездно и всегда спешил отдарить своего благодетеля с лихвой, не дожидаясь просьбы. Друг-приятель его сына поставил старого вельможу в тупик: пес его знает, чем его отблагодарить, эту загадочную личность. А ему всего-то и нужно, что бумаги для проститутки великовозрастной выправить. Немного же ему, оказывается, надо для счастья. Странные у магов вкусы.

Однако независимо от того, какие побуждения двигали стариком, указ для Кенета он раздобыл, и сделал это охотно. Кенет и не задавался вопросом – почему? Он был просто благодарен старику. Пожалуй, почти так же сильно, как Хакка – ему самому.

Вчерашнему визиту Кенета хозяйка "Парчовых радостей" не удивилась.