Ключ Гиброима

Они стояли среди старых отвалов и насыпей отработанной горной породы. Не являлось секретом, что ещё два века назад сюда отправляли пойманных душегубов, чтобы они до конца дней добывали ракушечник. А потом камень нашли ближе к реке и эти выработки бросили. Осталось только название, данной невысокой гряде: «горы Искупления».

Дорожка следов тихо светилась под действием волшебства мастера Миражей и пропадала в чёрном зёве заброшенной штольни.

— Что ты думаешь? — спросил Коэнна, вглядываясь в темноту.

— Думаю,— Мардук покрутил ус,— туда могли спрятать трупы.

Ну, те, которые мы не нашли в кишлаке. Я чувствую запах гнили.

— Я тоже. Будь осторожен, Эсфиль.[4] Внутри нас может ожидать много неожиданных и неприятных подарков.

Коэнна без слов наколдовал свет, невидимый для чужих глаз. И они вошли. Зной пустыни отступал с каждым шагом. Вскоре с губ начали срываться лёгкие облачка пара.

Спуск был коварен, изобиловал шурфами, приямками, желобами, кое-как прикрытыми досками и присыпанными каменной пылью. Малейшая оплошность, невнимательность и можно оказаться на дне, с переломанными костями.

Поэтому шли медленно, не сильно доверяя цепочке следов на полу.

Под ногой Мардука что-то звякнуло. Маги остановились. Коэнна наклонился, посветил. Белый холодный свет вырвал из мрака медную налобную монисту, а чуть дальше — сделанную из верблюжьих волос детскую куклу. Жезл в его руках дрогнул.

Мардук сглотнул. А потом в его сознание проник тихий звук. Словно змея брюхом шуршит по камням. Мардук напрягся, силясь определить источник и понял, что звук воспринимался не слухом.

Это был шум колдовства. Он посмотрел на друга и Коэнна неторопливо кивнул, подтверждая, что тоже услышал.

А потом эхо донесло до них голоса. Настоящие, человеческие и это был не мираж, не шутки разыгравшегося воображения. Казалось, они исходят от стен. Магический свет скользнул по проходу, высветил стенку, а на ней желоб, уходящий вниз под уклоном. Оттуда сладковато тянуло смрадом.

— Это,— Мардук сглотнул,— то, что мы ищем.

Он вытянул из-за пояса жезл.

— Глупый сын своей матери! — всполошился Коэнна. — Что ты творишь?

— Там и так полно шума. Никто не заметит ещё одно малюсенькое заклинание…

Отзвуки обрели форму и смысл, превратившись в слова. Разговаривали двое. Голос одного звучал спокойно, неторопливо, слегка растягивая слова.

— ...Ты подходишь к делу с выдумкой, некромант. Это не многорукие великаны, но всё равно результат очень хорош! Мне нравится. Думаю, понравится и господину.