Ключ Гиброима

Кто лучше Мургу умеет узнавать тайны и находить то, что не желает быть найденным?

Вопрос был риторическим. Мургу ас’Мулфахк, как знали все посвящённые, был начальником обширной шпионской сети и подчинялся одному Мустафе аль Гюлиму. Для всех остальных, Мургу являлся богатым купцом с кучей друзей, партнёров и должников по всей стране. Внешность он имел самую обыденную: бедин, на вид лет сорока пяти, кучерявая борода обрамляла сильно отёкшее лицо. Его можно было посчитать тяжело больным, но Мургу не являлся человеком уже лет пятьсот.

Он был вампиром. В Атраване их называли «хафашами».

Никто, даже посвящённые, не знали точно откуда при Гюлиме появился Мургу. Одни слухи говорили, что при Саракаше он был генералом и истинное его имя Бофал. Другие утверждали, что он был предводителем небольшого разбойного племени, кочевавшего между современным Бедзаном и Офиром. Даже приводили легенду, по которой Мургу получил бессмертие из рук Гюлима за то, что помог ему перебраться через текучую воду.

Третья версия утверждала, что Мургу мошенник и барыга с одного из островов Срединного моря. В доказательство они приводили его двуличную натуру и собственное имя, которое, утверждали они, вовсе не имя, а прозвище. Диковатые жители островов называли «мургой» всё, что ползало, обладало ядом и имело привычку прятаться от солнечного света в норах и щелях.

Последней сплетне Дарик был склонен не верить, зная, насколько тщательно Гюлим выбирает приспешников. Великий хафаш не стал бы осквернять себя кровью мошенника и лгуна.

— Зачем я понадобился? — прямо спросил Дарик.

По местным традициям это был верх бестактности. Но если не спросить — заведётся долгий разговор о погоде, ценах на рабов и цвете песка.

— Что грубишь, мхаз? — глаза шпиона раскрылись, стали круглыми, как у совы.— Целую луну ты наслаждался гостеприимством в исайритских шатрах, вкушал их свинину и отдыхал в объятиях их волооких дев. Праздность, как ржавчина, способна источить добрый клинок. Знаешь, как хозяин относится к ржавчине?

Дарик зыркнул на него жёлтыми глазами.

После убийства улле-Эффеби он скрывался среди исайритов — притесняемых атраванцами иноверцев — и не мог появляться в городах без риска для жизни. И даже тогда он смог принести пользу Гюлиму найдя и перетянув на его сторону знаменитого Чёрного Ястреба, чья банда наводила страх на купцов и торговцев живым товаром от Альмадина до Шандаары. Пухлый кровопийца не мог об этом не знать.