Игра на нервах. Том 1.

– В Борею мы отправились вдесятером. Дошел один я. Смотри, – Харл присел, взял в руку щепу от щита и нарисовал на земле круг.

– Это Четырехземье, – двумя линиями он разделил круг на четыре примерно равных сектора, – мы сейчас здесь в Борее. Слева находится моя родина – Фальдорра, страна морей, озер и рек. Справа лежит Литорум, страна огненных. Напротив Бореи находится Териос, место, где живут земляные. Как видишь, водное царство находится напротив огненного, а воздушное напротив земляного. Эти стихии противоположны, поэтому морянин, к примеру, не может обучиться магии Огня.

А воздушник не освоит магию Земли. Но я могу использовать магию Воздуха или магию Земли. Границы между этими странами крайне опасны. К примеру, на границе между Фальдоррой и Бореей смешиваются два потока магии, Водной и Воздушной. Получается иная магия, загрязненная и нечестивая. Под ее действием обычные животные превращаются в монстров, леса в непроходимые чащи с ловушками. На границе смешивания двух магических потоков всегда царит полумрак, независимо от времени суток. Поэтому границы называют Пеленой. Мои товарищи, вышедшие со мной из Фальдорры, погибли, когда мы проходили Пелену.

– Как погибли? Они же должны были возродиться?

– Они и возродились. Ты же понимаешь, что Храмы Великой Птицы не возрождают морян. Мои товарищи воскресли дома. В храмах Черепахи. Если… если вообще воскресли. Ходят слухи, что в Пелене ты можешь погибнуть истинной смертью. 

– Навсегда?! – прошептал Найденыш.

– Да. Навсегда.

– Постой. Я не понимаю. То есть получается тебе нельзя умереть? Если ты погибнешь, тебя перенесет в Фальдорру?

Харл кивнул.

– Ты пять лет охотишься на громовых баранов и за это время ни разу не умер?! – потрясенно произнес Найденыш.

– Раз двадцать был на волоске от смерти, но Мать Черепаха уберегла. Хочешь, научу, как стричь золотые с этих милых овечек?

– У меня не получится, – потупил голову Найденыш.

– Я тоже так думал, когда впервые увидел это страшилище.

Но когда я тебя натаскаю, ты поймешь, что бараны добрее домашней кошечки.

– Зачем тебе меня учить?

– Пять лет! Пять лет я был один одинешенек, парень! Я думал, что уже говорить отучился!

– И с чего мы начнем?

– Как с чего? С обливаний естественно! – глядя на резко побелевшего Найденыша, Харл рассмеялся, – да ладно, начнем с того, что я тебе должок отдам. Пойдем в берлогу.

Найденыш уже и забыл, что морянин обещал ему за «помощь» дать оружие.