"Умри, машина!" ДС-3

Сколько таких происшествий должно быть, прежде чем она сама научится помогать оборотням с возвращением в трудную для них форму? Джарри, знающий, как это сделать, всегда рядом! Коннор, который прекрасно знает нужные слова, тоже под рукой. А что она? Дура тупая! Трудно спросить у него?.. С её-то силой, наверное, и делать-то здесь нечего. Главное, знать – всего лишь несколько слов древнего наречия оборотней. Неужели так трудно запомнить их наизусть?!

Постояв немного над ними, ушли Колр и Аманда.

Селена глаз так и не подняла: стыдно стало, что сама не справилась.

Под руками шевельнулась лохматая голова. Вади посмотрел Селене в глаза, вздохнул и поднялся. Но с места не двинулся, а обернулся в сторону столовой. Сначала Селена решила, что он хочет бежать к Каму, но шевельнулась занавеска, и на пороге столовой показался сам мальчишка-тролль. При виде Селены он засиял широченной улыбкой, а девушка тайком вздохнула: слава Богу, старого эльфа нет! На руках Кам держал спящую Оливию!  

- Хозяйка, там маг Бернар и хозяин Веткин тебе чаю оставили! Иди – пей! – стараясь усмирить свой громкий голос, радостно сказал мальчишка-тролль.

- Хорошо, сейчас посмотрю, - вздохнула Селена.

Вади огляделся и… со всех ног бросился в столовую. Точней – в закуток Кама. Селена подняла брови, но опять вздохнула: ну конечно! А куда бедолаге бежать, когда всё тело от неудачной трансформации болит? А тут – Камовы полати, которые всегда не застеленные и в постельном белье которых поваляться можно, потому что давно и без него мятое! И печка, которая ещё не остыла!

Селена заглянула в закут мальчишки-тролля.

Хм. И тут же – Эрно, который снова сидит на скамье-полатях Кама спиной к той самой печи. Глянул на Селену и пригнулся.

- Сиди-сиди! – махнула на него Селена. Придержав занавеску, она впустила в закут  Кама с девочкой-эльфом.

Тот протиснулся мимо хозяйки Тёплой Норы и, ни капельки не сомневаясь, перепоручил Оливию сидящему на полатях Эрно.

На печке дрогнули цветастые занавески, скрывающие лежанку, а в прореху между ними блеснул тёмный глаз. Вади уже сидел на печи – и не один. Разок послышалось вопросительное: «Мрмя?», а потом – недовольный тонкий писк кого-то из котят, после чего всё опять замолкло, а занавески больше не колыхались.