Песнь конца. Том1 саморазрушение

Приняв форму лезвия, что невидим другим, он одним круговым взмахом обезглавил одного охранника, а два других просто упали наземь. 

— Хм... даже так. Ладно, я сейчас не в духе, так что спрошу последний раз: сколько у тебя рабов? 

— Ха-ха-ха, а ты мне нравишься. Если хочешь, пойдём, сам всё увидишь. 

Широко расставив руки в сторону, он подошёл к Тэрсу и положил их ему на плечи. Презрительно скинув их, парень взял девочку на руки и развернулся. 

— Всё, можешь открывать глаза. Только не смотри назад.

— В этот момент голос его был заботливым, что даже смутило его самого.  

Выйдя в коридор под удивлённый взгляд голубоглазой, ожидавшей развязки поодаль кабинета, мужчина повёл его в очередную ничем не примечательную дверь. 

— О! Анэль, пойдём с нами. — будто приглашая её на пикник проговорил лысый. 

— Д-да босс. 

Открыв её, взгляду парня предстало уже знакомое убранство комнаты, с малейшими, незначительными изменениями. Встав напротив стены, мужчина приложил к ней руку и часть её отодвинулась, обнажая лестницу, ведущую вниз.

 

— Ну что ж, пройдёмте, — сделав гостеприимный жест, он пригласил парня войти вслед за ним. 

— Ты, оставайся здесь и лучше тебе меня послушать, — сказал Тэрс властно и угрожающе Анэль, что любезно их сопровождала. 

Лестница вела к очередной массивной, чёрной двери, что места уже показывала следы ржавчины. По мере приближения к ней девочка всё сильнее прижималась к парню. 

— Я гляжу, она привязалась к вам, сэр, — с ехидной усмешкой прокомментировал мужчина.

— Ладить с этими существами, да у вас талант дрессировщика. 

— Заткни свою пасть, — с этими словами парень направил лезвие из маны к его шее. 

— Да будет вам, — без тени страха сказал он, отводя руку парня. — Не стоит так бурно реагировать. 

Подойдя к двери, лысый лёгким жестом открыл её и в тот же момент его ноги и правая рука были отсечены. 

— Ты не знаешь, во что вляпался, мальчишка.

Ты даже… — но слова, что с бульканьем вырывались из его уст, тонули в пучине чувств, которые захлёстывали парня. 

Просторная комната была сплошь обставлена клетками. Забившись в угол своих тюрем, их обитатели смотрели на него глазами полными ужаса. Взрослые и дети, мужчины и женщины, пэйхи, гэказы, дакри, химесы, мираксы, фэлои — здесь были все. Лишь несколько, около 20 из них были целы, остальные же изрезанные, изувеченные, в синяках и ссадинах.