Песнь конца. Том1 саморазрушение

— Тогда, я спрошу ещё раз: учитель, можно ли мне пойти вместе с дядей Джозефом? 

— Этим-то ты меня и пугаешь. Ты слишком "взрослый" для 7-летнего, — глубоко вдохнув прохладный ночной воздух, Игрэс хлопнул себя по коленям. — Да! Ты отправишься с Джозефом и начнёшь познавать этот мир. 

— Есть, учитель! Эм... я отправляюсь спать, а вы? Ещё посидите тут? 

— Да. Луна сегодня необычайно прекрасна. Добрых тебе снов. Не забудь передать привет "мне" во сне. 

Лёгкая дрожь прошла по телу парня.

— Тогда я уйду раньше. Добрых снов, учитель. 

Тэрс направился к дому, но сделав пару шагов, остановился и, не поворачивая головы, прошептал. 

— Спасибо, отец. 

Глава 4 Мана 

Остров, дрейфующий над бесплодными, выжженными землями, всегда спокойный и умиротворённый, раз в несколько месяцев принимает к себе одного гостя. Джозеф наверняка единственный, кто знает его расположение, а потому, когда с севера стала слышна красивая мелодия, Тэрс положил свои кинжалы и побежал встречать гостя.

Прибежав на место, парень увидел стоявшего там Игрэса, что слегка раздосадовало его, ведь он хотел первым встретить Джозефа. Спустя пару секунд после прибытия парня, из-за крон деревьев показалась карета, запряжённая двумя крылатыми лошадьми со множеством маленьких рожек на лбу, золотистого и нежно-розового цвета. Они приземлились на поляне. 

— М-да… я никогда не привыкну к этому. — выходя из своего транспорта, он, как всегда, жаловался.

Джозеф был невысоким, примерно на две головы меньше учителя. Крепким телосложением он тоже не выделялся. Но вот что выделялось точно — это его длинные, красивые и ухоженные серебристые волосы. Смотря на них, у Тэрса всегда возникало желание прикоснуться, но предполагая, что данное действие не подобает ученику его учителя, он быстро отбрасывал эту затею. 

— А ты всё такой же ворчун? — улыбаясь, Игрэс протянул ему свою руку.

Полый левый рукав Джозефа покачнулся на ветру. Однажды, мужчина рассказывал Тэрсу, что эта рука... точнее её отсутствие — след былой войны. Он потерял её, защищая “одного бесполезного нахлебника” и в этом нет ничего особенного. Смотря на него, Тэрс никогда не понимал, почему учитель называет его сильнее себя. 

— Я рад, что ты ещё жив, старый лис. — со странной ухмылкой, беззлобно проговорил Игрэс.