Виашерон 2. Шахта Шепчущих Глубин, Том I

С каждым моим словом Рубанок наливался краской, пока цветом не сравнялся с вишней. Резко отдёрнув от меня руку, он взорвался потоком слов.

— Да я не... я вообще не... я — нормальный мужик! Слышь!

— Нормальный-нормальный, — покивал я, — обязательно найдёшь своё счастье, но не со мной! А теперь пока.

План удался, и я резко дал деру. Из головы вылетели все мысли, включая те, что касались каких-либо абилок. Поэтому, несясь сломя голову по улицам, я напрочь забыл про огромную разницу в уровнях между мной и обидчивым игроком.

За спиной послышался нарастающий гул, словно сидишь у трассы Формулы Один и смотришь, как мимо на бешеной скорости проносятся спорткары. В спину ощутимо ударило, и земля с небом поменялись местами.

Вас атаковал Игрок Рубанок. Вы можете защищаться.

Вам нанесли 3 680 единиц урона

Лежа на неровной брусчатке, я наблюдал расходящиеся перед глазами круги, судя по всему, оглушения. Не удивился бы, увидев мультяшных птичек, вертящихся вокруг моей многострадальной головушки. Однако вместо пернатых перед глазами выплыла обозлённая и не очень симпатичная морда Рубанка.

— Кранты тебе, говнюк, — уведомил меня минотавр так буднично, будто сообщал, что дома закончился хлеб.

— Нет, не видать тебе счастья. Ты не понимаешь, что нет — это нет.

Игрок с невероятно ранимой душой набычился. Ха! И, резко закинув руку назад, послал прямой удар мне в лицо. Как-то отрешённо наблюдая приближающуюся махину кулака, я подумал, что первая смерть в игре вышла на удивление бездарной и нелепой.

Кому сказать, засмеют.

Рубанок внезапно дёрнулся, словно сквозь него пропустили десять тысяч вольт, и повалился на землю нескладно, как каскадёры в старых спагетти-вестернах.

Парализующий дротик — ошалело прочёл я описание дебаффа.

— Какого чёрта здесь происходит?! — до крайности морозный хриплый голос приковал к себе моё внимание.

Дроу, упакованный в тёмные доспехи, откинул через плечо плащ и некультурно поскрёб щетину. За его спиной стояла пятёрка бойцов, экипированных в доспехи, до крайности похожие на те, что носили жильцы Дома Теккен’ар, только дизайном попроще.

А уже из-за их спин выглядывал острый клюв и хитро блестящие глаза знакомого мне игрока.

— Эй, рогатый, ты перепутал наш славный Аскеш со своими засранными степями? У нас вообще-то законы существуют. Никаких конфликтов в черте города! Понаехали, чтоб вас Бездна поглотила, — сплюнул под ноги сержант. — Ничего, думаю, три дня в одиночке остудят тебя и прочистят мозги.