Клеймо Забвения. Книга 2: Кладбище снов

— Именно. Видеть гибель бессмертного собственными глазами, и написать об этом балладу — мечта любого менестреля. Так я и попал на заставу Огня, — он присел на бревно. — Удача была на моей стороне — я увидел не только поединок Черного Рыцаря. Увидел Одержимых тварей, которыми матери пугают детей, и чудовищных кадавров, которых не каждый и представить может, — он запнулся и посмотрел в глаза архонта. — Увидел боевую магию высшего порядка.

Синтия с капралом держались в стороне от разговора, они ловили целую кучу недомолвок и нестыковок в словах менестреля, но и Харум их не пропускал. Оставалось лишь слушать и делать выводы. А вот если ответы не удовлетворят — тогда можно и вмешаться.

— Откуда ты знаешь о кадаврах, и что такое боевая магия? — недоверчиво прищурился маг.

— Из книг. В моей работе надо много читать.

— Однако, ни один из них не писал про магию, — не отступался Харум.

— Все знают про магию, а после такой демонстрации что ты устроил, уже никто не забудет, — взгляд скользнул по ладони Харума, которую тот держал на мече, что лежал на коленях. Подсознательно, в зависимости от того, нравились ему ответы или вызывали сомнение, он то сжимал, то разжимал потертую кожаную рукоять.

— Ты маг? — спросил архонт.

— Конечно! Я маг рифмы и мелодии... а ты про традиционную магию? — Клевер опять погрустнел. — К сожалению — нет.

— Странно получается — все забыли про магию, а ты помнишь.

— Как это забыли? Как такое можно забыть? — парень задумался на мгновение. — Но ведь ты прав. Когда я спрашивал, то все легко называли твое имя, но никто не мог вспомнить, что ты творил во время боя, — он пожал плечами в задумчивости.

— А что с моим кводом? — прищурился Харум.

— Ну, о подвигах Иглы и Пепла, вспоминали в мельчайших подробностях. Это, конечно, рождает еще больше вопросов относительно тебя, но с чем связаны поголовные провалы в памяти, мне неведомо.