Крылья распахнуть!

Он знал, что солнечный свет бьет по глазам илвов, а ткань тонкая, сквозь нее Изумруд видит все вокруг – не очень четко, зато глазам не больно.

 – Здравствуй, вождь! – высоким голосом приветствовал гостя илв.

 – И ты зовешь меня вождем, – усмехнулся Алмаз. – Ваши таумекланские штучки...

 – Ты был у Агат? – догадался илв.

 – Да. Она готовится к жертвоприношению. Я ушел, чтобы не мешать. Да и раздражает меня это зрелище.

 – Тебя, вождь? Но ты сам каждый день терзаешь ножом человеческую плоть!

 – Это не нож, а скальпель, – уточнил Алмаз.

 – Те, что умирают на залитом кровью столе, не видят разницы.

Алмаз вздохнул про себя, вспомнив мелькнувшую недавно мысль: да, илв и шаманка на удивление быстро и хорошо освоили чужой язык – но остались дикими натурами, с трудом воспринимающими высокие идеи.

 – Я не терзаю плоть, – попытался объяснить маг. – Я творю. Я создаю новое человечество. Рабы, ложащиеся под скальпель, – материал для великих свершений.

Агат, разрывая жертву в клочья, входит в транс и пророчествует. Я уважаю ее методы, но мне жаль, что они несколько расточительны. Может быть, я дал бы этому пленнику крылья!

 – Как дал жабры Аквамарину?

Алмаз гордо кивнул.

Да, он был первой серьезной удачей мага-хирурга, этот рыбак-иллиец, проданный пиратами в рабство на север. Алмаз вживил ему акульи жабры. Но до конца трансформацию тогда довести не удалось. Кто же знал, что пленник – скрытый маг, да еще такой сильный! Когда он пришел в себя и понял, что с ним сделали, произошел мощный выброс магической энергии – замок содрогнулся! Позже молодой маг смирился со своей участью, вошел в Ожерелье, развивает свои способности и изучает море.

..

Тем временем илв рассуждал:

 – Ты убиваешь, Агат убивает, Рубин убивает... и всё не для того, чтобы насытиться. Не понимаю!

Алмаз взглянул на собеседника – и сразу отвел глаза. Нет, у него не вызывала отвращения вытянутая вперед нижняя часть лица, напоминающая звериную морду.

Не отталкивала мага и бурая шерсть, покрывавшая спину, плечи и загривок лесного чародея (грудь, живот и руки шерстью не обросли). К этому Алмаз привык. Но сейчас Изумруд, распластавшись по стволу дерева, висел вниз головой – и небрежно разговаривал в этой позе. У Алмаза при взгляде на него начиналось головокружение.

 – Не надо сравнивать, – мягко ответил он. – Агат убивает, чтобы увидеть вероятные варианты будущего.