Робокол

 

— Да что за чушь? — потерял терпение Эдмунд.

Приятель нагнулся к его уху и прошептал, что следовало бы почитывать тематические журналы, — в последнем выпуске «Sea Explorer» упоминается имя лейтенанта Стросса как помощника и консультанта нового проекта, который перевернет представление о гравитации морского дна. 

«Но мы не доложим руководству, что там твое имя без их разрешения… Хотя мог бы сочинить себе псевдоним для работы с посторонними…»

Эдмунд кинулся смотреть интернет-версию журнала, но многие страницы были по платной подписке.

Он раскошелился и подписался. О невидаль — там и правда было его имя! Но главное — масса нового и любопытного про этого злосчастного Энрике Сонберга. 

Дальше все разворачивалось как в романах про шпионов: давление «мягкой силой», жирные обещания и прозрачные, едва уловимые угрозы. Ученый интересовался никаким не дном, а искал некоего человека, с его слов, чрезвычайно опасного. Зло, заключенное в опасном типе, было концентрированным, и даже одна капля была способна отравить океан.

Парадокс заключался в том, что мрак рядится в небесные одежды и зовут его ни много ни мало — Сострадательное Око… Это главарь пиратского судна «Робокол». И одно, и другое название Стросс воспринял как насмешку и начал с облегчением думать, что все это тонкий, просчитанный розыгрыш его бывших однокурсников по Академии. Серьезный журнал мог взять такое к публикации, только если им заплатили. Но тут на Стросса свалились деньги.

Первый звонок

Прямо в его каюте, у лампочки для ночного чтения открутился шурупчик, и вся панель с выключателем и проводами вывалилась, чуть не ударив по голове. Но по макушке все-таки засветила увесистая пачка с долларами, которых при пересчете оказалось четырнадцать тысяч триста восемьдесят семь. Изумляясь работе своей памяти, Стросс вдруг увидел мысленным взором цифры телефонного номера из последнего письма Энрике. Номер оканчивался на 14387 — и число это было в письме выделено жирным шрифтом, поэтому и запомнилось.

Прямо тогда же лейтенант решился на первый телефонный звонок террористу-ученому. От отчаяния и вопреки уставу.

На том конце долго не отвечали. Потом трубку подняла женщина и заговорила по-испански, причем не вежливо, а ругаясь; дескать, надоели поздние звонки, что кто бы ни звонил, хоть сам Спаситель Иисус, она должна спать свои девять часов в сутки.