Робокол

Но это оказалось куда сложнее — с правой кормы к японцу был пришвартован военный катер, который уже раз встречался ему на необъятных просторах мирового океана. 

Беглец решительно не знал, что делать. Он было кинулся перелезать через фальшборт, но вовремя образумился и метнулся к закрытой брезентом спасательной шлюпке. Там и укрылся, устроив себе небольшую щелку для обозрения.

В это время лейтенант Стросс и Длинный выводили на палубу какую-то фигуру со сцепленными за спиной руками. Красный обогнал их и спешно расчищал путь от зевак-матросов, собравшихся поглазеть на пленника.

По общей суете можно было заключить, что инцидент со свалившимся тросом дружно приписали новоиспеченному преступнику. 

Изо всех сил Дима старался рассмотреть лицо пленника; еще бы — увидеть дубликат своей собственной физиономии интересно каждому. Ракурс был всегда скверным; то спиной, то сильно засвеченный предзакатным солнцем. Диме почудилось, что лицо мужское, но этого нельзя было сказать о походке.

Как только эти трое спустились в шлюп, пробиваясь через толпу матросов на палубу, спешно вошел доктор Ширикьо. В кулаке он зажимал что-то черное, небольшое, Дима мгновенно понял, что это… та кассета, та самая, которую уже сто раз надлежало уничтожить, но непонятно отчего он медлил и передумывал. Этой пластмассовой коробочкой юрист хотел купить интерес Лойи, и тут на тебе — все обернулось иначе: купился доктор. Оставалось гадать, успел ли он посмотреть, а главное, понять эту запись: Дима крадет велосипед — не бог весть какая сенсация! Но только пока не знаешь контекста…

Старикашка подобрался к самому краю фальшборта, перегнулся, но никак не мог увидеть отчаливший шлюп.

Наконец он замахал руками и прокричал:

— Лейтенант, у вас предусмотрено вознаграждение за помощь? 

Стросс не мог разобрать, что на уме у старого лекаря, но отдал приказ остановить шлюп. 

— Речь об улике, но она такова, что если вы не отблагодарите за нее, то и ценность у нее никакая…

— Я все понял, доктор… Сто долларов устроит?

— Зачем так кричать? — испугался старик.

— У вас есть пальцы, один палец — сто единиц. Начинайте!

— Не покупаю шила в мешке, — бросил в ответ Стросс и состроил гримасу отвращения. — Парни, вперед, этот тип может быть заодно с преступником.

— Хорошо, зачем кипятиться? На самом деле я и так бы помог следствию… просто если можно договориться, то почему бы не договориться.