Демон

Мужчины и женщины, старики и дети… никого не пожалел злой колдун. Во всяком случае, такова легенда.

Опасностей на пути к Городу можешь ожидать очень много, и они могут оказаться весьма различны. Я не знаю, Реймс, честно. Я уже давно не покидал этот город, и не встречал тех, кто уходил и возвращался из Пустыни. Однако один гость рассказал мне, как ему поведал его друг, который побывал в Пустыне с большой группой людей и двое из них смогли вернуться обратно. Он сказал, в там не только дикари страшны. Есть там и некие странные животные, которые столь быстры, что их узреть невозможно.

И даже сами жители песков боятся их. Также он сказал, что после своего путешествия разуверился во Вседержителя, ибо, коль Он есть, то такое место как Пустыня просто не должна существовать.

Одичалая Степь… Да, слышал я такое название. Вроде как, на северо-западе располагается. Как долго до неё добираться – не знаю. Что именно там тебя может поджидать – не знаю. Да и про замок я не слышал прежде. Увы, но это, собственно, и всё, что я могу тебе сказать.

Больше мне ничего не ведомо.

— Большое спасибо, — поклонился Реймс. — Вы мне очень помогли.

Одержимый прожил в Ростенхилле гораздо дольше, нежели ожидал. Без малого целых две седмицы. Узнать что-то новое не удалось, ибо никто ничего не знал, а бобыли из бедной части города так и вовсе старались с ним не общаться. Один из них даже плюнул ему в лицо, хотя Реймс не успел и слова молвить. Эта неизвестность пугала его, даже очень пугала. Но что-то другое заставляло двигаться дальше.

Как знать, быть может, то любовь к Патрику? Ведь Аксарий жизнь отдал, дабы узнать о том, где находился древний пергамент. Порой Эфре наведывался к столь необычному и важному гостю, и они долго общались на различные темы. Реймс не был мудрым, но и глупцом его нельзя назвать, ведь Патрик старался, воспитывал его.

Пусть ему и не так уж плохо в Ростенхилле, как могло бы быть, но нужно отправляться в путь. Он итак долго отдыхал, так что хватит. Хозяин гостиницы наведался к нему перед тем, как одержимый собирался уйти.

— Реймс! — окликнул он его. — У меня к тебе вот какой вопрос: как ты собираешься бороться с живыми мертвецами, дикарями и различной нечистью, что, вполне вероятно, тебе попадутся на пути? У тебя ведь даже нет оружия!

Справедливый вопрос и справедливое замечание. Действительно, а как?

— Эфре, я как-то и не задумывался над этим. Буду молиться Вседержителю, дабы он отвёл напасти от меня, — пожал плечами Реймс.

— Святая наивность.