Демон

Сайон грустно улыбнулся и заговорил:

— У нас множество названий: жители песков, дикари, варвары, нелюди, проклятые, неверные... Называй нас как хочешь. Мы не всегда жили здесь, Реймс Меккер. Некогда в Пустыне водились лишь жуткие создания, больше похожие на плод чьего-то больного разума. Не редко эти твари нападали на Ростенхилл. Не знаю почему, но, как говорили оракулы и шаманы, ими словно кто-то управлял. Стена ведь появилась не так и давно. Всего три столетия назад. До этого существа постоянно нападали на Ростенхилл и пробирались вглубь материка, в другие города и деревни.

Было решено воздвигнуть стену, но удар стал приходиться лишь на Ростенхилл. Город пришлось расширить, укрепить и требовалась большая армия для защиты. Все королевства с двух материков отправили туда по два легиона, ведь если падёт город, то твари вторгнутся в нормальный мир. Но люди здесь, в Пустыне, ранее не жили. Всё началось примерно полтора века назад, когда серьёзно провинившихся решили не заковывать в кандалы на всю жизнь, да и казнь считалась бы милосердием для таковых, но стали отправлять в Пустыню в качестве жесточайшего из наказаний. По сравнению с этим вечность в кандалах должна показаться Царствием Вседержителя. Так было довольно долгое время, пока однажды не изгнали сюда нескольких магов. Да, магия для простых людей запрещена и лишь жрецы Церкви имеют право пользоваться ею. Маги эти ощутили в этом проклятом месте нечто странное. Долго пытаясь понять, что же именно то было, с ними заговорили. То были наши боги, Реймс Меккер. Они нас и спасли. Ранее все засланные сюда погибали через несколько дней, а те же, кто находил оазис, мог продержаться несколько лет, но это невозможно назвать жизнью. Наши боги и спасли нас, стали помогать по нашим просьбам. А когда они попросили кровавую дань от нас, то мы тогда принесли в жертву шестерых добровольцев. Боги прогневались на нас за то, что мы убили сородичей и сказали, что, если подобное повторится, то они отвернутся от нас. С тех пор мы и стали брать в плен других людей. Как правило это те, кого тоже изгнали.

— То есть вы стали приносить в жертву тех, с кем поступили как некогда с вами? — решил уточнить пленник.

— Именно так. Пойми вот что Реймс Меккер, нас здесь не столь уж и мало, как тебе могло бы подуматься. Мы можем себе позволить подобное. Жизнь даже сотни пленников – ничто, по сравнению с тысячами людей. Богам требуется больше сил, дабы помочь нам, так что и жертв приходится приносить больше, дабы они восстановились.