Пылающий Трон

Но, обладая такой силой, чего он ждёт?

— Полагает, что в одиночку не справится? Возможно, он предпочитает не бросаться вслепую, а тщательно всё спланировать. С другой стороны, прошло столько лет… Полагаю, что они пытаются призвать ещё кого-то. Второго по могуществу демона.

— Неплохо, Лизи. Но я думаю иначе. Его не вызывали, Лизи. Он здесь уже очень давно.

— Если так, то сколько ему лет на самом деле?

— Не знаю точно. Думаю, не меньше тысячи. Некто неизвестный одолел Эхтариаша, как говорится в наших архивах, за несколько минут.

А ведь то был самый сильный демон, с которым доводилось сталкиваться Лиге. Вот и подумай теперь, насколько силён этот... «человек»?

— Очень силён, — коротко бросила Элизабет.

— Где вы его нашли?

— Город Ней-Карс, Эрдеслия.

— О, так он на нашем континенте. Это очень хорошо.

— Мне отправиться и поймать его?

— Думаешь, тебе удастся? — чуть усмехнулся Прелат.

— Всегда удавалось.

— За последние годы сюда вырывались лишь низшие демоны, слабые.

Этого же явно можно отнести к верховным.

— Как показала практика, даже демоны не способны противостоять технологиям.

— Я настаиваю на том, чтобы ты просто поговорила с ним и убедила добровольно прийти сюда. Но, если тебе так хочется, можешь попытаться поймать его. Возражать не стану. Однако если хоть кто-то из твоего отряда умрёт, Элизабет, я буду очень расстроен.

В такие моменты Прелат не шутил. Он почти ко всем обращался по-своему, несколько видоизменяя или сокращая имена.

Её любил называть Лизи, к Алексу обращался просто Ал или Али, например. Это говорило о хорошем расположении духа у мастера. Но стоило ему произнести чьё-то имя полностью, как становилось понятно: его слова не шутки.

Женщина коротко кивнула и вышла из кабинета. Ей предстояла самая сложная задача из всех, с которыми она сталкивалась: поймать верховного, сильнейшего демона.

Глава II. Наследие

Реймс всё также стоял посреди мёртвой земли, пытаясь прийти в норму после произошедшего.

Он надеялся, очень надеялся, что подобное больше не повторится. Не удивительно, ведь ему не хотелось становиться психически неуравновешенным.

«Меня и так нельзя назвать нормальным» — с грустью подумал человек-демон, и был прав.

Его нельзя уже даже отнести к людской расе. Он лишь выглядел как человек, но осталось ли в нем хоть что-то человеческое? Реймс сомневался. Его давно перестали волновать судьбы других.