Мир Мельхиора 3 - Тишина и Покой

Не хочу вспоминать, что теперь обитает в доме Тефнут. А о существовании такого божества, как Нефтис, даже упоминаний практически не сохранилось. По сути, это даже не бог, а воспоминание о нем. Возможно, сейчас я единственное существо во всей вселенной, у кого есть эта одинокая способность «покоя».

Совсем иначе обстояли дела со стихийными заклинаниями. За каждую единицу интеллекта свыше восьми, а также каждые пятнадцать синхронизации я получал возможность использовать на одно заклинание этой стихии больше.

Сейчас в моем арсенале было уже целых одиннадцать водных умений, и это далеко не предел. Магом воды быть здорово, даже с бестолковой специализацией.

От чего зависело количество доступных способностей пустоты я не знал. Синхронизация, как и в случае с водой, тоже влияла на этот параметр. Но вот что было второй составляющей лимита слотов умений проклятой сферы, я не знал. Достаточно и того, что пустые ячейки здесь не радовали глаз, а с точностью до наоборот – пугали будущими возможными трудностями.

Стихия уже вручала мне насильно неприятные навыки. В отличии от воды, применение магии пустоты каждый раз приближало мой рассудок к безумию. Если верить предсказаниям серафимы, это самая реалистичная версия, почему я могу стать опасен для окружающих.

По тем же причинам я понятия не имел, как работает стихия Стикса. Когда передо мой развернулось инфо, ее название сменилось раз пять, в конце концов принявшись сомневаться между Летой и Стиксом, но в конце концов остановилось на последнем.

Даже сам мир не знал, что я такое создал. Изначально сфера, полученная из смешения доступных мне воды и пустоты, даже не имела имени. Любое упоминание в сообщениях Мельхиора выглядело чужеродным пятном, написанном в квадратных скобках грубым рубленным шрифтом. Словно бы в голос мира воткнули пару бездушных металлических стержней.

Глаза полностью адаптировались к тусклому свету еще не захваченного растениями водного кармана среди камней. Игра подводных обитателей так завораживала, что невольно утягивала с собой все помыслы и желания.

Хотелось просто сидеть и смотреть в глубину.

Чувство неправильности происходящего – вот что грызло меня с самого побега. Даже если я логически убедил себя в верности своих действий, все равно не хотелось причинять кому бы то ни было боль. Предсказание скорее всего было способом удержать меня. Я хорошо понимаю ее. Наверное, вся проблема в том, что мы с Тамаэль были чем-то похожи.