Маг без магии

- Этого не может быть!

            Бывший Владетель поднял голову и вынужден был согласиться с офирцем. Море, только что грозное и жестокое, теперь терлось о борта корабля, еле шевеля волнами. Тучи исчезли, а солнце спокойно светило с небосвода. Ничто не напоминало о давешней буре.

            Не будь Харальд мокрым с головы до ног, а мачта - сломанной, легко бы поверил в то, что никакого шторма не было, а случился всего лишь морок, насланный каким-нибудь из богов.

.. 

- И палуба цела, - купец опустился на колени, ощупывая доски там, где они совсем недавно были попорчены ножом.

            Магический круг исчез, не оставив следа.

- Она жива? - встретившись взглядом с Харальдом, спросил Нбоге. Глаза его просто светились ужасом.

- Да.

- Удивительно, - проговорил купец, поднимаясь на ноги. - Такая сила, невозможная для человека. Эта девушка способна противостоять Судьбе и даже ломать ее.

- А может быть - создавать заново? - спросил Харальд.

            Купец не ответил. Он смотрел на Йофрид почти с суеверным страхом, а в глубине черных глаз проглядывало омерзение.

            Она очнулась оттого, что кто-то побрызгал в лицо водой. Холодная жидкость попала в глаза, и пришлось поднять руку, чтобы их протереть.

- Ага, шевелится! - произнес чей-то резкий, знакомый голос.

            Чей он, Йофрид вспомнить не могла.

Голова гудела, как барабан, когда в него бьют колотушками. Под сводами черепа что-то кружилось, а тело казалось тяжелым, словно его набили мокрым песком.

            Рука, которой вытирала глаза, после этого упала, с тупым стуком ударившись обо что-то твердое. Подняв веки, Йофрид обнаружила над собой лицо. Седой, морщинистый мужчина со светлыми холодными глазами смотрел на нее с тревогой. "Харальд" - всплыло из глубин памяти имя.

Девушка ощутила, как радостно и гулко забилось сердце, словно пробуждаясь ото сна, как лавиной рухнули воспоминания.

            В мгновение она осознала, где находится, и что она только что свершила. Но вместе с пониманием пришло странное желание. Оно давило изнутри, точно собиравшийся родиться ребенок, и толкало на действия.

            Преодолевая собственную слабость, Йофрид села.