Превосходство разума

–Одна проблема решена, примерно тысяча осталась, – мысленно констатировал я, наблюдая за дергающимися в агонии лапками наконец-то размазанного по грязному каменному полу муравья-мутанта. – Провалы в памяти, пребывание в другом мире, погоня риамцев, штурмующая город армия ящеров–людоедов, ссорящиеся сопартийцы и то, что моя душа своему законному владельцу теперь принадлежит в лучшем случае частично...

Голова болела от множества вопросов, которые и сформулировать-то толком не получалось...А также просто болела.

Однако, для начала было бы разумно разобраться хотя бы с теми проблемами, которые можно решить здесь и сейчас, подытожив имеющуюся в частично восстановившейся памяти информацию. Итак, с вероятностью в девяносто процентов я нахожусь не на Земле. Если память меня не обманывала, а после всего пережитого уже больше никогда не смогу доверять ей, так как раньше, то в моем родном мире не было ничего похожего на систему уровней. Во всяком случае, за свою жизнь ни одной появившейся прямо перед глазами надписи не видел. И не слышал о них. Впрочем, о сотканных из эктоплазмы ящерицах, распадающихся на ярком свете, и их трехметровой высоты хозяевах по телевизору тоже почему-то не говорили. Девять процентов следовало отвести возможности, что я нахожусь в виртуальной реальности, а потому окружающий мир не более, чем иллюзия. Вот только на Земле нет технологий, способных настолько достоверно обманывать человеческие чувства, начиная от боли в укушенной муравьем руке и заканчивая бьющим в нос коктейлем ароматов, от которых хочется то ли расчихаться, то ли раскашляться. А если меня используют как бесплатного тестировщика своей новой компьютерной игры какие-нибудь зеленые человечки в коричневую крапинку, которым ставить опыты на соотечественниках запрещает галактическое законодательство, то опять же, у меня большие проблемы, и проигрыш запросто может оказаться равнозначен смерти не показавшего должной эффективности материала. Один процент, чисто символический, отведем на роль поглотившего разум безумия. Если бы вдруг сошел с ума, то смею надеяться, окружил бы себя воображаемыми красотками веселого нрава и нетяжелого поведения, а не мрачными кровавыми коридорами и подземельями. Но готов пересмотреть соотношение в пользу последней версии, если вдруг однажды проснусь, а вокруг санитары, таблетки и другие обладатели белых халатов с завязанными на спине рукавами.