Плазма

Верно?

Казалось, каждое из моих слов было миниатюрной бомбой. Каждая фраза отталкивала и оглушала Вайсса, выбивая весь дух и запутывая мысли. Он замолчал, отвел взгляд и забарабанил пальцами по столешнице.

— Вайсс, что ты будешь делать с этими деньгами?

— Я не знаю. Мне… мне надо подумать.

Выдержав долгую паузу, я сказал:

— Мы говорим уже часов пять, и я перестал соображать. Держусь лишь из чистого упрямства. Так что, давай на сегодня закончим? Я обговорю все с командой и…

— Возьмите меня к себе.

— Именно это мы и обсудим, и встретимся с тобой вновь.

Покинув капсулу, я обнаружил павших под чарами бога снов друзей. Сэмми растянулся на пушистом коврике, Павел застыл в позе короля в кресле, а Сары вообще не было. Вероятно, не выдержала и отправилась к себе.

Решив не будить никого, я поплелся к столь желанной кровати и погрузился в сладкую дрему без сновидений.

***

— Нет, — одновременно произнесли Сара и Сэмми, переглянулись и наградили меня испепеляющими взглядами.

— Э, — проявил я чудеса красноречия.

— Одно дело сотрудничать с ним для обмена информацией, другое — принять в команду и… ну, контактировать с ним, общаться, играть! — заявила Сара. — Надо держать его на расстоянии.

— Если примем его в группу, может я и смогу недоговаривать, но притворяться… — Сэмми покачал головой и отвел взгляд.

— Ты опять за свое, — огрызнулся я. — Никто не говорил о театральной постановке…

— Я говорил, — вмешался Павел. — Нам нельзя забывать о причине, по которой все это началось.

— А зачем тогда ты предложил принять его к нам? — спросил я.

— Врагов лучше держать поближе к себе. Он запросто выдал важную информацию из-за минутных порывов и сам загнал себя в яму. Если выведает наши тайны, при первой же обиде впадет в истерику и растреплет их всему миру.

— Ты даже не даешь ему шанса! — возразил Сэмми.

— С чего ты защищаешь его? — хмыкнула Сара. — Сам ведь говорил, что он идиот и…

— Я вообще был против всей этой затеи! Можно ведь просто заключить деловое соглашение, пообещать отомстить за него в обмен на информацию и не быть… засранцами.

— Уже надоело? — слова вырвались прежде, чем я успел хорошенько обдумать их смысл.

Сэмми замолчал. Глаза его были прикованы ко мне, а на лице застыло нечитаемое выражение. Стало стыдно за сказанное, но слово не воробей…

— В этом ты лучше меня, — огрызнулся он и быстрым шагом покинул гостиную.