Плазма

Ра обладал пассивной аурой ослепления, мог призывать волны света для дезориентации противников и, конечно же, наносил бешеный урон магией огня и света. Вкупе с беглым огнем фейзеров, дебафами от всевозможных магов, инженеров и прочих, мутант с трудом попадал по целям. Вскоре к ним прибавились и природные враги техновируса — хакеры.

— Работаем, — коротко бросил Шарпи.

Беря под контроль различные секции в интерфейсе техновируса, они будто тыкали точно в нервные узлы на теле мутанта, то замедляя его, то заставляя барахтаться беспомощным щенком.

У босса осталось девяносто пять процентов жизни. Попеременно удерживаемая всевозможным контролем, тварь не потеряла своих характеристик. Непробиваемая защита, огромная жизнь, бешеная регенерация и аура отражения ближнего урона никуда не исчезли. Танки годились только на сдерживание босса и поддержку с контролем и дебаффами. Мана у всего рейда колебалась в районе одной трети. Никто не жалел ни навыков, ни предметов.

Иммортем воспользовался козырем: Спорангий саморазрушения разорвался облаком живой пыли прямо в пасти ящера.

Вскоре плоть чудища пошла клубками, будто под кожей затесались юркие черви, поедая ее изнутри. Организм мутанта начал убивать сам себя. Мощнейший навык лучшего биоинженера Острова наносил столько урона, что используй он его против толпы игроков, те бы передохли за один тик. Но ящеру было все ни по чем.

— Не хватает! — закричала Ньян-Ньян, в который раз оказываясь в тылу для перезарядки — восстановления энергии от предметов и саппортов ее классу было недостаточно.

— Шарпи, не жалей его…

Унголианта воткнула закованные в железо пальцы в почву, затряслась всем телом и возвела глаза к потолку. По щекам потекли струйки крови, кожа, отслаиваясь, распадалась в пепел, а голос слился с гулом пещеры в пугающем песнопении.

Из стен вылезла тысяча пар тощих, бледных рук. Вскоре показались и призрачные женские тела. Они присоединились к песне высшей ведьмы. Все атаки стали наносить больше урона, босс замедлился, его восприимчивость всем эффектам и магии увеличилась, а жизнь стала таять быстрее прежнего.

Каждая тень банши эхом отражала все изменения в окружающей реальности, возводя в несколько раз общие усилия рейда.

Увидев уникальный навык Унголианты, Эхо Девяти Пустошей с перезарядкой в полгода, Ньян-Ньян подскочила к хакеру и взмолилась:

— Шарпи!

— ИСПОЛЬЗУЙТЕ ВСЕ ПО МАКСИМУМУ! СЕЙЧАС! — прокричал взломщик.

Ньян-Ньян просила его не жалеть козырей, но понятия не имела, что крылось в рукаве у друга.