Плазма

А отец… один лишь черт знает, кто из сорока шести кобелей оказался счастливчиком. До десяти лет вел жизнь беспризорника-одиночки. Пытался работать, но чаще воровал. По мелочи, стараясь не попадаться на глаза опасным людям. В одиннадцать угодил в руки слегка тронутого педофила… — Я вскочил на ноги, сжимая кулаки, но Хейзел поспешила успокоить меня: — Об этом он тебе не рассказывал? Не волнуйся. Он спасся благодаря шайке малолетних преступников. В четырнадцать был похищен группировкой Магистрат Магне для продажи в рабство.

Умудрился сбежать. Затерялся в толпе, затаился. Путешествовал по самым неблагополучным районом, в которых Система еще не имела глаз и ушей. В девяносто седьмом году след оборвался в пригороде Милана. Все местные молчали. По их словам, мальчишки никогда и не было.

И вновь молчание. Хейзел будто почувствовала, что мне нужно время на осмысление сказанного. Я вновь и вновь прокручивал в голове ее рассказ, раз за разом коря себя за незаслуженно беззаботную жизнь.

С самого детства я не знал ни горя, ни печали. Плыл по течению, без толики усердия переступая через препятствия. Подавая в университет Нова Эксии, я и не думал, что пройду отбор. Но и здесь судьба улыбнулась мне. Мне было стыдно за мое существование. За везение. За счастье.

Видя открытую ровную тропу в будущее, я решил возвести череду искусственных стен. Симуляцию трудностей. Уделял учебе меньше времени, пропускал занятия, пил и баловался более крепкими стимуляторами.

Но умом понимал, что все выстроенные мной стены были высотой аккурат под мои же возможности. Искусственные сложности были с легкостью преодолены.

Погрузившись с головой в Прайд, я заметил, что оценки начали проседать, но так и не упали ниже среднего. Даже одержимость игрой не смогла стать должным препятствием. Пока не появился Гримуар. Ответственность за чужие жизни не была искусственной неровностью на гладком маршруте. Она обратилась громадной стеной, окружив меня своей недосягаемой, неприступной вышиной, словно разъяренные, хищные великаны, склонившиеся над одиноким путником.

Прежде чем раздать карты, бог не перетасовал колоду. Мне достались слишком хорошие. И если бы я только мог отдать толику своей беззаботной жизни Питеру и Рей… я бы не колебался ни мгновения.

— Все это лишь верхушка айсберга, Кайл Дженкинс.

— Ч-что?

— Духи Гримуара — не единственные пленники Острова.