Стример

Не успели мы отойти от тела монстра и на сотню шагов, как нас окружила группа людей. Мимолетного взгляда хватило, чтобы признать правоту де Колы насчет ночного костра, – это были бандиты.

Сначала я увидел толстого, нет, по-настоящему жирного и громадного мужика в кирасе рыцаря Ордена Совершенства. Он направлял на нас двустволку, у пояса висел топор. Машинально я глянул на мясистые пальцы – перстней не было. Ряженый.

С боков подошли двое солдат в киверах и грязных мундирах с оборванными пуговицами. Заросшие бородой лица наводили на мысль, что с армейской службой давно покончено.

В руках дезертиры сжимали винтовки.

– Не двигайтесь, иначе торговать не станем! – раздался гнусавый голос.

Вспыхнул факел, из-за деревьев вышел парень, ростом ниже меня на две головы. Обычно такие бывают коренастыми или, наоборот, щуплыми, но этот был просто маленьким – уменьшенной версией среднего человека. В свете факела я увидел, что он одет в походный костюм с капюшоном, выпирает мягкое брюшко. На бледном плоском лице прилипла кривая улыбка, открывающая несколько зубов.

Темные до черноты глаза смотрели оценивающе. Змееныш – такая возникла у меня устойчивая ассоциация.

Среди разбойников только НПС. Седьмой, девятый, двенадцатый и тринадцатый уровни. В бою шансов нет. Никогда еще выбор "кошелек или жизнь" не был столько неоднозначным, учитывая, что с потерей жизни я сохраню марки. Змееныш сказал:

– Бросьте оружие, и поболтаем.

Что ж, до сих пор с красноречием у меня проблем не возникало.

Я достал из инвентаря пистолет и выложил на прелую листву перед собой. Мишель покрутил головой, пересчитывая разбойников, чуть улыбнулся и тоже выкинул пистолет. Змееныш потребовал избавиться и от моей шпаги.

– Вы, наверное думаете, что я разбойник? – сказал он. – Совсем нет. Я торговец, а эти господа – мои деловые партнеры. Итак, что у вас есть на продажу, добрые путники?

Де Кола сложил руки на груди и сказал:

– К северо-западу отсюда пассажирский поезд сошел с рельс.

Я могу проводить вас туда. Уверен, у толпы праздных пассажиров есть чем поторговать.

Змееныш вперил в Мишеля черные глаза, лицо дернулось, будто в щеку впился комар.

– Когда это случилось?

– Вечером. Было еще светло.

Змееныш достал из кармана золотые часы на цепочке. Минуту смотрел на стрелки и соображал, затем фыркнул:

– Не пойдет. Сейчас там уже должны быть полицейские, они не любят торговать. Так что придется довольствоваться товаром в наличии.