Черная кровь

Эх, так бы да с самого начала воевать!

Пять минут длилась схватка, а всем уже было ясно, что отбились от незваных гостей, отстоялись между толстыми деревьями, – мало где диатримам удалось пустить в ход свои чудовищные клювы – не допускали ратовища, и всей напористой диатричьей силы не хватало, чтобы перебить трёхвершковой толщины жердину. Окончательно дело решили стрелки – отбили приступ. Впервые взяли верх над чужинцами, потеряв совсем немного своих. Кое-кто из горячих голов предложил тут и остаться – пусть-де, мол, чужинцы лбы себе о наши ратовища порасшибают; однако Ромар только покачал головой:

– Они теперь учёные.

Эвон, как быстро городьбу подрывать навострились да тухлятину в воду валить! Не станут они больше нападать, окружат и измором возьмут. Да и сколько нам здесь торчать-то возможно? Нет, нынче же ночью – прорываться дальше…

Когда свечерело, род снялся со стоянки. Диатриты весь день кружили вокруг рощи, однако второй раз подступиться не решились. И когда люди, дождавшись темноты, пошли, окружив женщин и детишек охотниками, что тащили тяжеленные ратовища, – то увидели, что степь пуста и даже на горизонте не маячат вытянутые тени диатрим.

– След наш они не потеряют, не надейся, – качал головой Ромар в ответ на робкую надежду Уники. – Ночь отоспятся, а на заре следом кинутся, быстрее ветра полетят! До леса нам от них не оторваться… А вот в чащобу за нами они не полезут. Понимают, что мы там с ними сделаем.

Шли всю ночь, но годного для дневки места так и не нашли.

Мелкие кусты не давали никакого укрытия, а до ближайшей рощи оставалось чуть не пять часов ходу. Кто-то предложил спуститься в речное русло и закрепиться на одном из бывших островков, что превратились теперь в песчаные холмы, но Бойша на такое не согласился. Конечно, через грязь диатримам будет не так просто пройти, но ведь тут не ленивая старица, ила на дне мало, а на песчаном холме птицы пустынь и вовсе будут чувствовать себя как дома. Тогда уж лучше встретить их просто на берегу – самим тоже просторнее будет.

Незадолго до привала Бойша послал по рядам весть, чтобы люди, коли случится неладное: ежели кто отобьётся, потеряется или отстанет – не торопясь, днём отлёживаясь и ночами двигаясь, – пробирались вдоль берега Великой к Сборной горе – есть такое место в лесном краю, его с любой стороны за два дня пути видно. Там род будет ждать сколько потребуется.

Люди промолчали, хоть и понимали: не об отставших речь, а о всём народе.