Черная кровь

Далеко не каждый из собравшихся на площади понял хитросплетения Ромаровой речи, но всё же большинство, привыкшее долгими вечерами разбираться в запутанных родословных, оценило ловкий ход, и по толпе пронёесся одобрительный гул.

Туран побагровел. Умом он не блистал; зато природной хитростью Лар его не обделил. И сейчас нижний старейшина чувствовал, что безрукий колдун затягивает его, Турана, какими-то правильными словами совсем не туда, куда бы ему, Турану, хотелось…

– Куда клонишь, безрукий?! – злобно прошипела Крага.

Ромар взглянул на старуху и с укоризной покачал головой:

– Эх, Крага, Крага… Разве ж так мы с тобой ещё вчера говорили?..

– Вчера ты преступницу не выгораживал! – бросила старуха – словно в лицо плюнула. Ромар пожал культяпными плечами и ничего не ответил – обратился прямо к роду, к живым и мёртвым людям.

– К тому речь моя, что нету на Унике кровного злодеяния. Не смешана материнская кровь. Получается, что судим мы за случай, а не за преступление.

– Калинку и Малона им напомни, почтенный Ромар, – негромко посоветовал Стакн, по-прежнему глядя в землю.

– Тоже верно, – Ромар расправил плечи и словно бы стал выше ростом. – Калинка из рода Тура, а Малон наш. В чью семью изначально девку определили?.. А потом что было? Собрались старшие матери – и ты ведь там была, Крага, не так ли? И что решили? Мол, коли полюбились друг другу – так уж пусть вместе будут. И – изрекли, чтобы в другую семью Калинку принять.

Суровая складка меж бровей Бойши мало-помалу разгладилась. Доволен вождь. Дело клонится к удачному концу. Не дело вот так запросто жизнями бросаться. Осудишь девчонку – вместе с ней и парня потеряешь, это и дурной поймёт. Таких молодцов, как Таши, в роду немного, а Уника – так просто загляденье. Правда, Тейко жаль, но в этом вождь не властен. Впрочем, от сердечных ран умирают редко.

А Ромар продолжал, мгновенно уловив нотки неуверенности в негромком гудении толпы:

– Сперва в одну семью поставили, затем в другую перенесли… Ну как не спохватились бы Калинка с Малоном вовремя и попали бы в одну семью? Что, они кровными братом и сестрой бы сделались? А полюби они друг друга и если б дитё у них зачалось – тоже Калинку судить бы стали?

В народе кто-то охнул – похоже, как раз сама Калинка.

– Вот моё слово, родовичи, – напирал Ромар. – По нашей воле Калинка в одну семью попала.