Черная кровь

 – А про реку-то опять забыли! Про РЕКУ! Погинает река ведь!..

– Ты что думаешь, это с Уникова деяния? – в упор спросил Муху Ромар.

Другой бы, наверное, испугался горящего колдовского взгляда, но Муха и бровью не повёл.

– Погинает река!.. Воды совсем не стало! И притоки все, как один, мелеют… и ключи прибрежные высохли… Сети ставить уже негде!.. Скоро жрать нечего будет!.. Через что ж ещё такая беда могла привалить, а, колдун, скажи?!.

– Пока не скажу, – негромко ответил Ромар. – Но, поверь мне, Муха, я делаю всё, что могу.

И будь у меня вновь две руки – обе отдал бы, не задумываясь, чтобы узнать – отчего эта беда. Веришь мне, нет?

Но Муха, верно, уже ничему и никому не верил. Кажется, он даже не слышал слов Ромара, а просто обхватил голову руками и сел, уткнувшись лицом в колени…

– Истину Муха сказал, – поднялся Свиол. – Гибнет река! Гневается на нас Мать-Земля. А что Ромар тут словами играл, будто Муха острогой, – дак известное дело – Уника при нём как собачонка.

А ответь мне, Ромар, кратким словом, чтобы каждый понял. Из одной семьи Уника с… Таши? – последнее слово он выплюнул, словно чёрное ругательство.

– Из одной, – кивнул Ромар.

– А по закону что полагается сестре, если брат её паял?

– Ежели и впрямь сестра, то смерть, – голос Ромара звенел.

– Так что ж мы тут ещё говорим? – Свиол развёл руками. – Бараг, ты что молчишь? Ты, почтенный Лат?

– Трудно сказать, – Лат беспомощно покосился на Бойшу.

 – И так – худо, и этак – неладно.

– Закон есть закон, – Бараг пожал плечами. – Жалко, конечно, дуру-девку, но… одну помилуем – потом беды не оберёмся. Сами видите – кругом такое творится, что шаман с колдуном вдвоём разобрать не могут. Небось из-за Уники!.. В нашем посёлке такого окаянства не бывало, так Белоструйная хоть и обмелела, а течёт. А ну как помилуем развратницу – и вода вовсе уйдёт? Мать-Земля разгневается, её так просто не умолишь! Снова вместо хлеба песок и каменья родить начнёт! А то ещё у Уники какое-нить чудище родится?

– Убить всегда успеешь! – озлился мастер Стакн.

 – Убить легче, чем камень расколоть, да только потом битое не склеишь и покойника не воротишь!

– Всегда, да не совсем! Вот высохнет река, рыбы не станет, скот падёт… Не-ет, такое не по мне. Решать надо. И как решать – мне тоже ясно.

– Говорить буду я, – вдруг негромко произнёс Матхи.