Черная кровь

Сорвался с места, точно вспугнутый заяц, лишь пятки засверкали. Таши ринулся следом. О поединке оба если и не забыли, то молча согласились, что покуда счёты сводить не время.

Они ринулись по узкой тропинке прочь от берега. Ветер засвистел в ушах; однако даже сквозь его свист из-за спин доносилось торжествующее курлыканье боевых птиц. На бегу Таши оглянулся – и внутри у него похолодело. Карлики с удивительным проворством одолели и оставшуюся часть речного русла, и крутой береговой откос. Заметив улепётывающую во все лопатки добычу, диатримы рванулись вперёд так, словно сам Дзар спустился с небес подпаливать им куцые хвосты.

Одна, две, три… шесть… десять… Таши сбился со счёта. Десятка полтора тварей мчались за ним – и расстояние сокращалось так быстро, словно Таши с Тейко сидя поджидали преследователей.

С отстранённым удивлением Таши заметил, что Тейко, лучший бегун рода, начал отставать. Лицо заливал пот, он, как выхваченная из воды рыба, хватал ртом воздух. Плохо дело. Спёкся Тейко. Так бывает, когда очень сильно чего-то испугаешься.

Порой от испуга крылья на пятках вырастают, а порой ноги отнимаются и кажется – больше ни одного шага шагнуть не сможешь. Слаба оказалась душа в Тейко, и Таши с сожалением вспомнил о прерванном поединке; не появись чужинцы, быть бы Тейко битым – когда силы равны, побеждает тот, у кого характер твёрже.

Курлыкая, мчались диатримы.

Выбиваясь из сил, бежали Таши и Тейко; видя, что соперник всё больше и больше замедляет ход, Таши на бегу протянул ему руку; лицо Тейко исказилось, он, наверное, последним усилием воли протянутую руку оттолкнул и, словно вспомнив, кто он таков, рванул вперёд так, что мигом оказался впереди Таши на добрый десяток шагов.

– Правее держи! – крикнул вслед Таши. – На узкую тропу! Кустами уходить надо!

Это Тейко понимал и сам. Большеногой птице неловко бегать по зарослям терновника, и спасение там найти нетрудно. Жаль, что у посёлка вновь начинается открытое место: поля, пастбища. Там вновь придётся бегать со смертью наперегонки.

И не идти туда нельзя, людей надо предупредить, даже если потом заклюют тебя возле самых родных ворот.

К зарослям успели в последнюю секунду. Пожадничавшая птица, желая достать Таши, с разгону проломила в кустах изрядную просеку, но, запутавшись, свалилась на землю, уронив в колючки хозяина. Остальные диатриты сбавили ход, загарцевали на месте, выискивая удобные пути. На это ушла, может быть, минута, никто ж не прячет троп у самого-то селения.