Поединщик

Задира Тиллиер, хитрован Хоракт и немногословный Дертин, который себе на уме. Он, в свою очередь, сам начал относиться к ним иначе. Теперь даже Тиллиер не вызывал у него раздражения. Риордан не понимал, что в маленькой группе все чувства жестче, эмоции обострены, но перед общей проблемой все сразу становится неважным. Совместно пережитый страх и его ранение сплотило их и привязало друг к другу, как час назад они обвязывали лианами листья схинии.

Когда показались первые поля Гроендага, их ноги ниже колен были полностью залеплены грязью.

Штаны, верхняя одежда тоже представляли собой печальное зрелище. Грязь была даже на лицах.

– Почему корона до сих пор не вымостила вам дороги? – в сердцах воскликнул Скиндар. – Это же невозможное дело – ковылять в такой жиже. Я бывал в Вейнринге пару раз, но никогда не попадал под ливень. Как только доберемся до Овергора, клянусь, я дойду до самого графа Танлегера! И подам прошение.

– А она и вымощена, господин капрал. Щебнем. Не будь его, мы бы увязали по колено, – отозвался Дертин.

– Осенью наша дорога особенно плоха, потому что ее ремонтируют только зимой, когда все подмерзает. Вейнринг – небольшая деревня, до нее никому нет дела. Вот от Гроендага в столицу проложен настоящий шлях. Да вы и сами это знаете.

Капрал взглянул на Риордана:

– Как ты, парень? Нет, не отвечай, просто кивни, если можешь идти.

Риордан послушно кивнул, тяжело переставляя ноги.

– Скажите мне, горцы, когда в человека попадает такая круглая молния, это что-то означает по вашим обычаям? – спросил Скиндар.

– У вас наверняка предусмотрен подобный случай.

Хоракт шмыгнул носом, скосил глаза на Риордана, а потом осторожно ответил:

– Ну, вообще-то после такого редко выживают, господин капрал. Но считается, раз бесноватая отметила человека, то она передала ему часть своей мощи. И он, вроде как, тоже становится бесноватым.

Риордан вздохнул, но его вздох больше напоминал стон.

– Не унывай парень, – осклабился Скиндар.

– Для солдата красота лица не имеет значения. Через год многие новобранцы будут иметь отметины на рожах. Это в лучшем случае. А вот легенду и боевое прозвище ты заимел знатное. Бесноватый Риордан! Такое не купишь ни за какие деньги. Тем более, что заработал ты его заслуженно, заплатив собственной шкурой. Причем, наименее ценными для воина ее частями.

Они взобрались на холм и с него открылся вид на добрую половину Гроендага.