Душа некроманта

Но больше всего он ненавидел свою маму, за то, что она спала с этим алкашом! Да и сама стала выпивать. Вот уже как целый месяц, мальчик на кухне трудится без передышек, лишь бы только ночью не слышать пьяных стонов и хрипов, так как засыпает от усталости, моментально. Когда последний котел заблестел в неясном свете лучины, мальчик на натуженных ногах поднялся наверх, ухватив со стола, оставленный для него ужин, он вышел на свежий воздух. Горбушка слегка черствого хлеба, и кружка парного молока прошли на ура.

А кусок свиного закопченного окорока, который он отрезал в подвале, грел ему пазуху.

- Ах, ты маленький негодяй! – вдруг раздался в глубине кухни скрипучий крик Таники. Услышав его, мальчик вздрогнул, но не растерялся. Мигом, допив молоко, он поставил кружку на лавку, а сам шустро побежал к раскрытым воротам в замок. – Погоди, паршивец! Вот расскажу я всё Кариму!

Но он этого уже не слышал. Когда он прибежал домой, мать, как обычно находилась на веселее, отчима ещё не было. Мама даже не обратила никакого внимания, на мальчика, а ему большего и не нужно было, он лёг у стенки, в дальнем углу их единственной комнаты, сжевал по-быстрому кусок окорока, и уснул.

Разбудил его пьяный крик:

- Где он?! Маленький, неблагодарный ублюдок! Я ему значит, помогаю в люди выбиться, а он?! Только пакостит, как крыса! Получай!

На многострадальные рёбра ребёнка пришёлся удар ноги, он бы отшвырнул мальчика, но лететь тому было некуда, дощатая стенка не давала. Мальчик же только зашипел, по привычке постаравшись вжаться в стену, прикрывая руками голову.

- Хватит, Карим, умоляю тебя! – постарался оттащить пьяного стражника от своего сына Авдотья, но парень по опыту уже знал, пока Кариму не надоест, он не перестанет. Благо, что удары у алкаша, зачастую не попадают по ребёнку.

- Я его кормлю! – всё ярился пьяный отчим. – Пою! А он подставляет меня! Ещё раз ты меня так подставишь, слышишь щенок? Вот только попробуй?! Я тебя убью! Ты понял меня?

Но, как и все прошлые разы, ответа от сжавшегося мальца он не дождался.

Пьяно махнув на него рукой, Карим пошатываясь, отошел от него. На сегодня экзекуция закончилась. Лишь горькие слёзы обиды и злости на весь окружающий его мир, текли по щекам маленького мальчика.

Приняв ещё на грудь, Карим завел разговор о мальчике, совершенно не стесняясь, его матери:

- Слушай, ик… тут такое дело, да чтоб тебя… ик… проклятая икота! Сегодня в город прибыл жрец Даргота Разрушителя.