Рождение новой расы / Том 1

Лет восемнадцать на вид. Но внешность не показатель силы в племени, чьи члены не стареют. Рихард окинул его своими желтыми глазами и «постучался» в разум незнакомца. Древний был очень аккуратен в своей просьбе, но парня пробил холодный пот. Он нервно стряхнул несколько капель ладонью и испуганно поднял на Рихарда глаза. Смотрел так жалобно, как нашкодивший котёнок на замахнувшуюся руку. «Новобранец», — пронеслось в голове Рихарда. Дар ночи получил совсем недавно и сейчас присосался к кружке, словно пиявка, а на охоту выйти боится.

Многие мечтают познать романтику ночи, но только каждому десятому удается насладиться ей дольше, чем один год. Первые ночи самые тяжелые. Жажда начинает точить десны после первых минут обращения. Ощущения — словно какой-то незримый садист медленно и с нажимом водит в ротовой полости напильником. Через час сушит горло так, словно дракон засунул вам голову в рот и дыхнул внутрь. Огонь опускается ниже по пищеводу, и хоть море выпей, но пламя сбить не удастся. Потом начинает казаться, что собственный желудок отрастил зубы и начинает, смачно причмокивая, пожирать сам себя.

Религиозный фанатик, регулярно бьющий плетью себя по спине и истязающий свое тело многодневным постом, даже представить не может, какие муки испытывает новобранец. Повышенная чувствительность — одно из главных благословений и проклятий вампиров. Она очень хороша в сексе и чудовищна во время голода.

По силе и скорости вампир многократно превосходит человека, если протянет первые дни или месяцы.

Великий дар детей ночи передавался от человека к человеку бесчисленное количество раз и был несколько разбавлен. Если вас укусит Первородный, то вы ощутите силу в эту же ночь. Если это будет вампир в семьдесят восьмом колене, то ждать придется долго. Несколько месяцев, а то и лет. Всегда интересуйтесь у тех, кто вас обращает. Как долго ждали они? И будьте уверены, что прождете дольше. В этом и была главная трудность новообращенных. Жажда просыпается сразу, силы — как повезет. Комарику нужно время, чтобы стать летучей мышью.

— Ну что же вы стоите? Проходите, присаживайтесь. Сейчас вас обслужат, — голос трактирщика был слишком приторно сладким. Стараясь услужить дорогому гостю, он направился к двери, что была за стойкой. Судя по всему, за ней был заветный люк в погреб.

Рихард направился к самому дальнему столу, где сидел молодой вампир. Приблизившись, он взглянул на парня, и в его взгляде не было ни презрения, ни снисходительности.