Граничник-2

— Приятного пребывания на станции «Церера-Сортировочная»! — прозвучало уже за спиной Стефа. — Если у вас возникнут какие-то вопросы, вы можете воспользоваться ближайшим информаторием. Ближайший сотрудник «Чемал Тех» с радостью поможет вам!

В коридоре, перед дверью матового стекла, Стеф остановился в некоторой нерешительности.

«Что?» — спросил я.

«А вдруг таможня — единственное место, которое на станции сохранилось? — проговорил подопечный. — Откроем дверь, а там — космос?»

«Что за страхи, граничник!» — голосом брата-сержанта из училища рявкнул я.

«Да просто странное тут все…»

«Не страннее демонов и одержимых».

«И то верно!» — сразу как-то воспрял Стеф. Чуть погрустнел, вспомнив, что остался почти безоружным, но сжал губы и решительно толкнул дверь.

Сказать, что увиденное шокировало нас — ничего не сказать. Я лично ожидал коридоров и залов из того же белого, как молоко, материала, а увидел настоящий город древних. Не разрушенный, подобно Перми, куда мы со Стражем заглядывали как-то, а такой, каким тот, возможно, был до наступления Темных Веков.

В те времена, когда люди еще владели своей планетой.

Хотя нет. Первым делом я обратил внимание на небо. Обычное, на первый взгляд, земное небо: голубое, с плывущими по нему редкими облачками и теплым солнечным оком. Впечатление было, словно мы не на станции находимся, а на настоящей планете. Правда, прошло оно достаточно быстро, стоило обратить внимание на изгибающийся вдалеке горизонт.

«Церера-Сортировочная» была огромным тороидом.

Гигантским кольцом, опоясывающим карликовую ледяную планету. Вращение этого кольца обеспечивало гравитацию, небо и солнце были лишь имитацией, а вот искривленный горизонт вдалеке сразу напоминал, где мы находимся.

По уходящей и сужающейся в перспективе полосе в несколько десятков километров расположились небоскребы — огромные дома в сотню метров в высоту. Стояли они небольшими группками, словно растущие из пола сталагмиты. Сверкающие стеклом и металлом, освещаемые искусственными солнечными лучами, они производили неизгладимое впечатление.

Разделяли их широкие многоуровневые шоссе, дороги поуже, пешеходные проспекты, аллеи и даже зеленые пятна настоящих парков. Не знай я, что мы стоим на внутренней поверхности огромного кольца, ни за что бы не подумал, что вся эта красота находится в космосе.

С нашей позиции было видно, что Церера живет полной жизнью, словно тут никогда и не было Открытия Разломов.