Рыжий. Том 2. Остановившие бурю

 

Поэтому девушка совершенно прозевала момент, когда неизвестные, следовавшие за ней по пятам, напали. Вдруг погас свет, на голову набросили плотную тяжёлую тряпку, грубый толчок в спину повалил её, а сверху навалился кто-то тяжелый. Ухватившуюся за кинжал руку безжалостно выкрутили. Танайя ожесточенно вырывалась, от неожиданности забыв закричать. Силы были не равны, но девушка рвалась из захвата, брыкалась, лягалась, била вслепую руками до тех пор, пока её не спеленали, как куклу. 

После чего, избитую, обессиленную, почти задохнувшуюся под плотной материей, её оставили в покое.

Враги о чем-то негромко переговаривались, но плотная ткань глушила звуки, слов было не разобрать. Потом её подхватили, словно бревно и куда-то понесли. Во время схватки она лишилась и лука, и кинжала и теперь старалась лишний раз не трепыхаться, чтобы не задохнуться. Всё это было так неожиданно и обидно, что Танрайя невольно заплакала. Впрочем, быстро перестала, потому что воздуха остро не хватало.  

Шли долго. Связанные руки и ноги затекли и болели. Куда её несли, Танайя не знала, во время схватки потерялась в пространстве. Одно лишь могла сказать: несли прямо, то спускаясь, то поднимаясь. Несколько раз останавливались на отдых. И тогда её не грубо, но и не слишком бережно клали, куда получится. Неопределенность мучила сильнее всего. Поначалу девушка надеялась, что вот сейчас её куда-нибудь принесут, развяжут, допросят — и всё разрешится. Но похитители шли и шли, причём, довольно быстро.

Потом боль в лишенных притока крови руках стала почти невозможной, девушка задергалась и закричала. На голову ей обрушился удар и злой голос совсем близко произнес:

— Будешь шуметь — прирежу и тут закопаю.

Танайя снова заплакала.

Рядом другой голос что-то произнес неразборчивое, девушку положили, развязали кисти рук. Чьи-то грубые пальцы начали растирать руки и недавняя боль показалась ей игрушечной. Совершенно потеряв контроль над собой, она завыла раненым зверем, забилась, пытаясь укрыться от этой боли.

Похитители загалдели. Танайя сжалась в комочек, прижимая горящие руки к животу, ожидая ударов... и потеряла сознание.

Пришла она в себя снова связанной, но гораздо аккуратнее. Однако, на голове всё та же тяжелая тряпка, дышалось с трудом, девушка вспотела под плотной материей. Руки и ноги покалывало, но уже ничего не болело.

Рядом послышались шаги, даже сквозь тряпку пахнуло травой, сырой кожей, металлом.