Мера хаоса

в смысле, идем, - с досадой пробормотал Авти, облизываясь на извлеченный заново бочонок.- А мне-то что делать, во имя Владыки-Порядка? - шепотом спросил Хорст, когда они оказались на узкой и пыльной лестнице. - Ты меня так ничему и не научил.

- Как обычно - инструменты подавать будешь, - отозвался шут, - если чего, то отбрехаюсь.         В способности Авти "отбрехаться" от кого угодно Хорст не сомневался, вот только роль неумелого подмастерья его не очень-то радовала.

- Заходите, - буркнул мальчишка, с натугой открывая тяжелую дверь.

            В просторном зале, занимавшем целый этаж центральной башни, оказалось светло - на стенах горели многочисленные факелы, столешницы украшали витые подсвечники. Пол устилала сушеная солома, в ней грызлись за кости собаки, со всех сторон доносились смех и разговоры.

            На вошедших обратились десятки взглядов, и постепенно болтовня смолкла.- Ха-ха, возвесели меня, шут, - расположившийся за стоявшим на возвышении столом хозяин, судя по багровому лицу, залил внутрь немало пива.

            Кресло рядом с ним пустовало.

- Легко! - воскликнул Авти. - Исполню-ка я тебе песню про славного редара Актульпа и срамного дракона... 

            Хорст про себя застонал. Песня была не то что неприличной, в ней просто не имелось ни единой пристойной строки. В сочетании с дребезжащим голосом Авти и похабными жестами, сопровождающими пение, она производила на неподготовленных эффект вылитого на голову ведра помоев.

            Исполнять такое перед благородными?

            Петь Авти закончил в полной тишине. Сидевшие за столами люди, как один, уставились на ре Стака. А тот неожиданно разразился громовым хохотом:

- Ха-ха-ха! Как он его? Ха-ха-ха!

            После этого шут мог делать все, что угодно - высмеивать гостей, ходить на голове, есть из любой тарелки - успех был обеспечен.

Про Хорста забыли, и поэтому он оказался сильно удивлен, когда в самом конце представления, во время коронного фокуса с кувшином, бывшего сапожника тронул за локоть один из телохранителей, весь пир простоявших у хозяина замка за спиной.

- Благородный Гендар приглашает тебя для личной беседы, - сказано это было негромко, но внушительно.