Змей Горыныч

- Что это? – удивился Ратмир, но Филипп, который был рядом, уже всё понял и снисходительно улыбнулся.

- Пиво, дружок, - отвечал Айрат, - отобрал у одного хуторского. Видимо, готовились к какому-то празднику. Но я нашёл их пиву лучшее применение.

Филипп в это время уже откуда-то достал три деревянных кружки. Айрат наклонил бочонок и стал, не спеша, наливать из отверстия сверху. Филипп отхлебнул первым.

- Холодное, - удовлетворённо проговорил он, - в погребе хранилось? Как же ты так нашёл его раньше Гарольда?

- Гарольд уже сутра лыка не вяжет, - усмехнулся Айрат, - достал какое-то пойло, от которого сразу даже не опьянел, а потом свалился как озимые.

Оттащили его в избу, так он там весь пол заблевал.

Филипп рассмеялся в ответ и обратился к Ратмиру:

- Пей, Ратмир, надо.

Юный художник всё это время лишь держал в руках холодную кружку с безучастным видом. Но слова Филиппа словно пробудили его ото сна, и он отхлебнул кислой горечи. В животе от этого сразу прошёл холодок, в горле стало горько.

 

- Вот так, - проговорил Филипп, -  а что Олег?

- А что Олег, весь день о чём-то спорит с Всеволодом, ему не до нас. С этой змеюкой нельзя расслабляться. Зря сотник отпустил Талмата и Госту, они бы нам пригодились против змеевцев. 

- Перестань, - отвечал Филипп, - не хватало ещё богатырям друг друга поубивать. Такого ещё мир не знал. 

Они ещё много о чём говорили, в основном о чём-то своём, чего Ратмир понять не мог, поскольку не знал тех людей, о которых пошла речь.

Богатыри говорили так, будто юного художника и не было рядом, и его вполне устраивала такая роль невидимки. Он возникал из ниоткуда, когда пустел его стакан, наполнял его, а затем переливал его содержимое себе в утробу, которая в ответ раздражённо урчала. Вскоре все беды и ужасные видения начали отступать. Они лежали в луговой траве, под чистым небом, не видимые для целого мира, солнце согревало их своими лучами, и не было прекраснее момента, чем сейчас. Но богатыри сами взялись обсуждать недавнюю битву, напоминая о произошедшем уже опьяневшему юному товарищу.

- Я тебе говорю, эта змеюка специально не подошла сразу. - спорил Айрат, - Всеволод ждал, смотрел, чья возьмёт. 

- Но наша так и не взяла, - не соглашался Филипп.

- Это потому что половина наших остались на заставе. Только это нас спасло. Иначе Всеволод легко позволил бы нам там подохнуть.

- Ну не знаю, он же всё-таки христианин.