Ночной страж

Страж распластался на земле, принимая позу полной покорности. Это был их обычный утренний ритуал и как обычно, госпожа не обратила на его позу никакого внимания. Вскрикнула увидев добычу и унеслась в сторону птичника. Все правильно, сперва надо проверить здоровье подданных. Потом вернулась и опустилась перед своим воином на колени. Взяла в ладони его лицо и поцеловала кривой шрам. По телу стража разливалось тепло. А ласковые руки госпожи уже ставили перед ним чашу благородного фарфора с белоснежной амброзией.

Тонери опустил лицо в прохладную жидкость и почувствовал, как отступает боль. Сделал глоток и снова, в который раз, восхитился божественным вкусом напитка...

***

— Ах ты же боже мой! — Никитишна, пожилая сухощавая женщина встала как обычно с первыми лучами солнца. Вышла на крыльцо и обомлела. Черныш валялся у крыльца в своей обычной позе, распластавшись и вытянув передние лапы. А вот его ночные трофеи впечатляли. Десяток мышей и толстая крыса, это было обычно. Но вот рядом... Сердце захолонуло от острой тревоги.

Никитишна шустро метнулась в птичник. Слава богу, несушки были в целости. Она затоптала ногой дыру в земле, отметив в памяти, что надо бы укрепить это место как следует. И только после этого обратила внимание на брызги крови на земле. Черныш! Острое чувство вины заставило помчаться обратно к крыльцу.

Женщина опустилась на колени перед черным, как сама ночь, котом. Взяла в ладони его щеки и внимательно осмотрела. В глаза бросилась свежая царапина. Она поставила перед своим защитником блюдечко со свежей сметаной и с умилением стала смотреть, как Черныш питается.

Сначала он окунул в сметану свою усатую физиономию, потом с видимым наслаждением принялся лакать лакомство. Удивительно, но при этом он не терял своего достоинства. Никитишна смотрела на него с умилением.

— Ласку уконтрапупил, надо же, — женщина покачала головой, — "не бери черного" — передразнила она кого-то, — "они ленивые и несчастье приносят". Ага, несчастье. Да я за ним, как за каменной стеной.

Эх ты, аника-воин.

Никитишна стояла и смотрела. А кот доел, аккуратно вылизался и неторопливо прошел в дом. Там запрыгнул на печь и прилег, накрывшись хвостом. Во дворе начинался день. Заполошно кудахтали куры, корова подала свой голос, требуя утренней дойки. Выбрался из своей собачьей будки Казбек, дневной страж. И звеня цепью отправился обследовать содержимое эмалированной миски.

А на печи спал тонэри. Ему снился чудесный, светлый сон.