"Владыка Мордора" Тысяча беглецов

О, чудо! Мгновенно пояс с тихим шелестом и лязгом покрыл моё тело с ног до головы, как в фильме «Спаун». При этом не стеснял движения и не сдавливал. Странное ощущение – прикосновение металла к коже не было неприятным. Оно больше походило на прикосновение шёлка или бархата.

– А чем закрывать лицо? – я опять повернулся к Гвалину. – Лицо-то беззащитно.

– На капюшоне есть маленький козырёк, потяни за него.

Я так и сделал. На лицо опустилась металлическое забрало. Прикоснувшись к нему, я почувствовал под рукой эластичный материал, который сминался.

Но вот перед глазами была преграда снаружи, хотя изнутри ничего не было видно. Вообще, эта броня ощущалась, как вторая кожа, только металлическая. Я снял капюшон.

– И кого мне благодарить за этот поистине царский дар.

– В первую очередь поблагодари свою матушку, – Гвалин склонил голову, – и мы тоже благодарны ей за прекрасные несокрушимые доспехи.

Все гномы, как один, тут же склонили головы, встав на одно колено.

– Во-вторых, можешь сказать спасибо Бамбо, это именно его искусство металлурга и величайшие знания позволили изготовить такие прекрасные доспехи.

– Благодарю тебя, Бамбо, сын Бифура, – я так же поклонился ему.

Лицо гнома растянулось в довольной улыбке.

– А скажи мне, товарищ Бамбо, надеюсь, я могу тебя так называть, какие свойства у этой брони?

– Честно говоря, –Бамбо чуть смутился, – я не очень знаю обо всех её свойствах. В наших хрониках написано только, как их изготовить, да то, что они неуязвимы для любого оружия. Причём, полностью.

Правда, если не наденешь маску, башку тебе могут и продырявить. А в остальном ты останешься невредим.

– Товарищ Искиндар, оставь нас ненадолго, – вновь заговорил Гвалин, – мы обсудим тактику и стратегию предстоящего сражения. А поскольку, говорить мы будем на гномьем языке, то тебе будет скучно рядом с нами. Да и другие наши товарищи могут обидеться, если на них перестать обращать внимание.

– Да, ты, пожалуй, прав. Я тогда пойду к ним, да и тетиву на луке нужно натянуть как следует. Что лучше делать на хорошем свету, возле фонаря.

И я подошёл к остальным нашим заговорщикам.

– Что, и тебя выставили тоже, –  тут же съязвил орк, – они не любят чужаков в своих рядах.

– Товарищ Шак-Карукат, – заговорил я ледяным тоном, – я начинаю приходить к мнению, что мы зря поверили твоей клятве. А товарищ Гуня зря подвергал свою жизнь опасности, когда лечил твою руку.

– Но это быстро можно исправить, –  тут же вмешался Угулук, приподнимая свою мотыгу.