Орден Леса. Закат

- Ты такой дурак, что веришь в законы? - напоказ посочувствовала Ирма. - Не замечала за тобой…

- До подтверждения силы, если верить имеющимся данным, я никому не интересен. А это уже не мало. Но меня удивляет ваша реакция на мои действия и отсутствие реакции на шпиона в селении…

- Насколько я понимаю ситуацию, то сейчас это уже не так важно. Тот кто его заслал уже мертв, а он никуда от нас не денется. Меня больше интересует, что я не смог в нем разглядеть никаких закладок ни ментальных ни магических. Но это будем решать по ходу дела.

Как бы я к нему не относился, а голова у Идана варит.

Еще какое-то время мы беседовали на подобные темы. Я ни в чем никого не убеждал, и твердо понимал, что я хочу делать и для чего. Мои собеседники все в такой же манере утверждали, что лучше всего мне остаться здесь. В итоге мы разошлись спать, вроде и не поссорились, а чувствовал я себя предателем.

Каждый новый день не был для меня чем-то тягостным или необычным. Все те же задания и обязанности. Выходы в рейды, патрулирование, помощь в лечебнице.

Никаких изменений. Чувства предательства стали притупляться, и все входило в прежнее русло. Так было до прихода той самой комиссии, которая должна проверить мое право стать прайем.

Мы были в очередном рейде, поэтому я не знал о высоких гостях. Как итог им пришлось терпеть общество изгоев аж на два дня больше запланированного. Мне, как и остальным местным жителям, было плевать на такое заявление. Ничего сверхъестественного не было. По одному представителю от каждого прайа, со своей личной охраной - два-три человека, а также отряд охотников, по совместительству проводники этих гостей.

Проверка будничная до безобразия. Показал спину - посмотрели, пошушукались и единогласно высказали, что я таки имею право. На прощание вручили мне книгу, где подробно описывается ритуал, со всеми моими правами и обязанностями начиная с этого момента. Затем не задерживаясь, все спешно покинули селение. Приход этих ожидаемых, но нежеланных гостей, опять что-то во мне колыхнул, и чувствовал я себя несколько неуютно от мнимого предательства.

Если сначала знали только трое о моей спине, затем весь состав совета, то теперь уже никто ничего не таил, да и не удалось бы этого. И о моем статусе “претендента” было известно всем. Каждый хотел лично увидеть мое родовое тату, что сильно бесило и отвлекало. Я ни с кем не говорил и со мной никто не говорил - дошло даже до такого. Но длилось это не долго.