Орден Леса. Закат

В воздухе витал запах знаний, присущ только библиотекам и другим подобным хранилищам. Старик был дорого одет, дорогие одежды дополнялись драгоценными камнями, металлами, вышивками. Их было необычайно много, но в глаза это не бросалось. Соотношение всего было настолько идеально подобрано, что никакой вычурности и перенасыщенности не чувствовалось. Поведение старика также соответствовало, он вел себя высшей степени достойно своему положению, ему не нужно было что-то доказывать.

- Позволь представится, - не стал ничего придумывать хозяин помещения, - архимаг Себ Куриалиус.

- Рад знакомству, - собеседник действительно был рад знакомству, личная беседа с чародеем такого уровня. Не каждый прай такого удостаивается. - Азгор Алкухин, мое имя.

- О, не стоит утруждаться. - Снисходительно поругал старик юношу, по его меркам жизни.

Это было очень похоже, если бы король лично пришел в медчасть, проведать обычных бойцов, узнать их нужды и чаяния. При виде монаршей особы, каждый бы постарался вскочить и поклониться, как того требовал этикет.

На что бы король ласково отругал бойцов, мол вам двигаться нельзя, а вы тут поклоны бьете. Вот поведение деда было точно в такой же манере.

- Я знаю о тебе все, со дня твоего появления в этом мире. Да, да, я знаю, что ты не из этого мира. Затем тебя и пригласил, что хочу узнать о твоей жизни до попадания сюда. Не возражаешь?

- Не вижу причин для возражений.

- Славно. Радует, что есть сознательная молодежь.

Вежливость беседы, постороннему человеку, показалась бы странной.

Сильнейший чародей современности и изгой. Что у них может быть общего, чтобы архимаг так вежливо разговаривал? С изгоем понятно, ему положено говорить только в вежливой форме, к любому человеку. Но истина была куда проще, чем можно было ожидать. Азгор Алкухин был пленником чародея. В очередном рейде, их всех окружили и дали выбор, или погибнуть всем, а полумертвого Айгардо они заберут с собой, или он идет с ними по доброй воле и никто не пострадает. Перевес сил был не в пользу изгоев. Азгор долго не размышлял, сразу же согласился, особенно когда ему назвали личность, которая хочет с ним поговорить.

Что же касается мага, те кто видели его гнев, не могут об этом рассказать. А для всех остальных он был известен своей вежливостью в общении с представителями любого сословия. Не было привычки у него и заковывать человека в кандалы. Для всех видов работы есть магия, которой он умел пользоваться, любил пользоваться.