Мир ждёт героя

— А где сир Эдик? — выпучила глаза Люся.

— Неизвестно, — пожала плечами Ульрика. — Он встретил человека, которого назвал братом и вместе с ним ушёл.

— Ушёл? — хлопала ресницами Альра.

— Да.

— Что-то это на него не похоже, — продолжила мысль горничная.

— Я тоже так подумала, поэтому, когда его долго не было, мы вошли в дом, куда сир вошёл вместе с братом.

— Но там никого не было! — продолжил Тиммелин.

— А что дальше? — вырвалось у Люси.

— Дальше мы спросили стражников, — продолжила рассказ Ульрика.

— Некоторые видели их. Они ушли в другую часть города.

— Там мы не смогли никого найти, — заикался Тиммелин. — Неужели братство тьмы прибрало его к рукам?

— А он жив? — руки Люси задрожали. Если благородный сир погибнет, то с кем же она будет жить? И, главное, где? Она останется одна одинёшенька.

— Неизвестно. Но в любом случае, нам остаётся только ждать, пока он не вернётся, — поправила белоснежные волосы Ульрика.

— Надо бежать к ярлу, чтобы он выделил людей на поиски сира Эдика! — завизжал Тиммелин.

— Никто не будет портить праздник урожая из-за героя Юхо, — усмехнулась мечница. — Он не благородных кровей. А герой, который не может за себя постоять, — никому не нужен.

— Что же делать? — закрыла лицо руками Альра.

— Ждать пока он не вернётся, — бросила Ульрика. — Он как раз получил деньги, на них можно прожить пару лет. Если про Эдика спросят, то вы все должны говорить, что он покинул Юхо по срочному делу.

Она пошла по длинному, погружённому во тьму, коридору.

Её догнал Тиммелин.

— А что будет, если сир Эдик погиб?

— Тогда ярл заберёт дом, а ты вернёшься на службу в армию. У него ведь не было наследников.

— Нет... — взвыл малец.

— Поэтому мы будем его ждать...

И Ульрика пошла к лестнице второй этаж.

А огромный дом лишился хозяина. Множество больших комнат так и остались пустыми, не зная своих жильцов. Особняк на одной из вершин холма чем-то напоминал жизнь, прожитую во сне. В нём было много комнат, но в них никто не жил. Они только ждали жильцов, так и не пришедших.

Жизни этих людей прошли мимо них, не затронув своим светом, оставив их пустыми и пыльными, полными паутин. И самое главное — бесполезными.

Они померкли во мраке серой каждодневности. И, не видя света радости, продолжали существовать по инерции. Их долгая жизнь ещё не подошла к концу — она была только в самом разгаре. Длинная скучная и бесцветная жизнь роскошных комнат. Наполненная серостью и несбывшимися мечтами.