Менталист. Эмансипация

Я вызвал такси и встал у обочины, рассматривая город.

Передо мной остановилась длинная чёрная машина представительского класса. Окно опустилось, на меня глянул мужчина в чёрном деловом костюме с галстуком.

— А вы точно такси? — глухо поинтересовался я.

— Лучше, парень, — ухмыльнулся смокинг. — Садись, с тобой хотят поговорить.

— А если я не хочу? — вопрос был ершистым, но то, что увильнуть не удастся, я уже понял.

— Так и запишем, отказался подчинятся Императорскому приказу.

— Зачеркните. Я передумал.

***

Светлана заглянула в очередной коридор. У одной из дверей стояли бойцы рода. Она знала парочку лично. При виде младшей наследницы, они отдали честь, пропуская.

Девушка аккуратно открыла дверь, заходя внутрь. Елена стояла у окна, рассматривая улицу. Также там была видна часть академии, высокое величественное строение, выстроенное уже после катаклизма.

— А, это ты, сестричка. — Елена обернулась, оценивающе оглядывая родственницу. — Чего мордашка такая опухшая? Всё хорошо?

— Не совсем, — выдохнула Света.

— Тебе нужен мой совет? Вот это да.

— Тот план с обрядом и Фёдором. В общем, мы сделали немного иначе.

Светлана чуть помедлила и стала рассказывать об афере с Петром. Об отлучках наречённого, его реакции. К концу эмоционального монолога Елена выглядела заинтересованной.

— Ну и дела. А ты чего молчала? Столько времени потеряно. — Елена задумалась, через секунду её лицо просияло. — Где ты, говоришь, видела Фонвизина последний раз?

— Тут, на арене.

— Кажется, я начинаю кое-что понимать, — постучала пальцами по подоконнику Елена. — Ты правильно сделала, сестричка, что рассказала мне.

— Я злюсь на него, но не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Ты поняла меня, Лена? — настойчиво спросила младшая. — Он полный кретин, но небезразличен мне.

— Попробуй ему что-то сделай, — пробормотала старшая. — Поехали домой, Светик. Расскажем маме, она решит, как быть делать.

Света повернулась ко входу, но тут же замерла, сделав всего один шаг.

У широкого шкафа с книгами прямо к стене был приколот молодой парень. Из его рта вытекала кровь, пачкая белую рубашку. Голова опущена, он был мёртв. Из его груди торчала ножка стула, проткнувшая сердце.

Парень был похож на снующих всюду клерков.