Менталист. Эмансипация

Твари лезут, переваливая через своеобразный бруствер сплошным потоком. Гора мёртвых тел настолько велика, что становится нашей новой стеной. Мы отдаём метр за метром, но какой ценой.

Для меня всё свернулось в один момент. Уже и не помню, когда на крышу стали выбегать жильцы дома. Заметил только, как рядом появилась Наталина, покрывая наступающих отродий бездны очередями из автомата.

А ещё помню испуганное женское лицо последней покидающей этаж женщины. Она опоздала буквально на несколько секунд, дверь на крышу уже начинала закрываться, а на лице женщины проступало облегчение, когда всё та же массивная лапа, отвесившая мне оплеуху десятью минутами ранее, выхватила хрупкое человеческое тело, унося с собой.

Маленький оплот выживших стал отбиваться в разы активнее. Отступать было некуда. Семьи защитников сидели тут, в нескольких шагах, подавая патроны, оттаскивая раненых.

Солнце почти зашло за горизонт. Мой источник стал прозрачным, силы почти не было. Но, к счастью, монстры перестали напирать, у нас появился небольшой шанс на выживание.

Густой рокот прервал наши мечты о спасении.

На фоне уже загорающихся звёзд появилась туша центуриона, грузно переваливаясь через рукотворную стену на краю крыши. Высоченная, размером с грузовик тварь повела башкой из стороны в сторону, оглядывая наши позиции.

Видимо, командующий сам решил глянуть на не желающих умирать двуногих.

Массивная шея, когтистые лапы.

Старик открыл бесцветные глаза, встретившись взглядом с центурионом.

Мэтр Колин не растерялся. Откуда-то сзади к нему подлетел самый натуральный кожаный плащ. Он мягко, бережно опустился на плечи, что-то звучно щёлкнуло, и старик завис в воздухе.

Создатель дорогой, вот этот талант прозябает на окраине города. Умение так филигранно управлять своей силой — это просто нечто. Чую, непростая история за всем этим.

Ещё секунда — и два монстра начали бы рвать друг друга на части, но мне не дано было увидеть это.

На крыше появился новый участник, а точнее, участница.

Матовый металл мог вбирать в себя свет, за спиной на манер плаща висели металлические крылья, не доставая до земли буквально пару сантиметров. Тяжелый шлем прикрывал верхнюю часть лица, выставляя на обозрение точёный подбородок и пухлые губки.

Я вымученно улыбнулся, вот сейчас у центуриона не осталось ни единого шанса.