Менталист. Эмансипация

Моя сущность — это зверь, но есть и направление воздуха. В первом случая я концентрировал силу стихии в пределах тела, укрепив его. Во второй раз я рассеял мощность, словно сбросил напряжение.

— Очень интересно. — Я покивал с видом знатока. — Но мне не надо махать кулаками, чтобы ударить по мозгам.

— Послушай. — Парень раздражённо прикрыл глаза. — Теперь ты чистый лист. Мы дали тебе золотую сферу.

— Она даст стихийные способности?

— Нет. — В разговор вступила Лиз. — Твоей сущности больше нет. Ты теперь совершенно один.

— Но… Но как же так?!

— Просто прими это как данность. Ты получишь ответы на вопросы, как только мы дойдём до цели. Пока тебе следует знать только то, что мы не навредим тебе. Что бы ты там ни думал! — Она строго посмотрела на Зубика, который точил длинный кинжал, демонстративно осматривая меня и медленно проводя острием по камню.

— А я и не думаю, — бледно и как-то неубедительно улыбнулся я.

— Наша задача — усилить тебя, сфера уже передана. По пути мы научим нескольким приёмам, а затем ты встретишься с центром, они всё расскажут.

— Какой такой центр?

— Наш командный центр, ты уже сегодня увидишь его. И ещё, не делай глупостей. Ты ни в коем случае не должен умереть. Думаю, не стоит говорить, что тогда будет?

— Догадываюсь.

Снаружи раздался свист. Все тут же повернулись в его направлении.

— А вот и Свисток. — Лиз скомандовала: — Собираемся, у нас впереди сложный участок.

Все поднялись, а я снова по инерции осмотрелся вокруг. Поклажи у меня не было, от чего появилось некое чувство дискомфорта.

Выходил из приютившего нас здания последним. Сразу же глянул вверх, ища точки гаргулий, но их не было. Проследив кровавый след, нашёл первую подбитую тварь. Она отползла на приличное расстояние, правда, её остановила торчащая из головы стрела. Дальше по улице валялась вторая, рядом с ней был какой-то человек, поставив ногу на голову твари, он вытаскивал из ее груди знакомую стрелу.

Когда мы подошли, он обернулся.

На нас глянул совсем молодой паренёк, чуть старше меня. На вид лет двадцати-двадцати двух. Торчащие в разные стороны отросшие волосы, очевидно, не раз подравнивались чем попало. Большие раскосые глаза, и нашейный платок красного цвета делали его похожим на типичного южанина. На его груди также болтался шнурок, удерживающий свисток, который сейчас был во рту.