Баланс Темного

Вот и вся логика! Ган хотел детей, но не хотел управлять деревней, а Акрота выторговала всё что смогла, а именно - согласилась отдать как можно меньше мальчиков для службы в Бирюзовых клинках.

- У тебя же есть воины! - я ударил по столу. - Почему вы не прогоните Гана?! А лучше - прикончите его!

- Мда-а-а, - она посмотрела на меня, подняв брови. - Возможно, дикари с Оглонских островов никогда не слышали про дипломатию и деловые отношения. Возможно, вы до сих пор сначала едите сырую рыбу, а потом поджариваете её кишки, чтобы было вкуснее, но сейчас ты в цивилизованной части Отры.

Мы живём здесь по правилам!

- Ну вообще-то.., - я помахал указательным пальцем. - …с мытьём задниц в питьевой воде и жареными кишками мы уже почти разобрались…

- Если я подниму меч на Бирозового клинка или Гана, который на них работает, то наша деревня сгорит через несколько дней. Бирюзовые клинки - справедливые, но строгие. Нарушителей законов ждёт темница или виселица, - Акрота выпрямилась и подняла подбородок. - Я поступила бы также.

Отре нужен порядок, как никогда раньше.

- Но разве…?

- А теперь уходи! - она показала пальцем на дверь. - Треул с тобой, оставайся в Хандо если хочешь, только не наделай глупостей! И помни, что ты - гость в нашей деревне. Гость Мина. Если что-нибудь учудишь, то наказание вы понесёте оба.

… … …

Впервые за всё время на Отре я почувствовал апатию. Желание помочь жителям Хандо и наказать Гана рвало меня на части, но я вынужден был сдерживать его внутри…

Через час после моего разговора с Акротой стражники знали, что меня не обязательно колоть острыми предметами и бить тупыми.

Про Денама, который остался лежать в газовой камере, никто так и не обмолвился. Травник дважды появлялся на глазах у людей Гана, но тех интересовали совершенно другие дела.

Деревня потихоньку готовилась к «проводам», матери рыдали, а отцы заливали горе. Всё чаще слышались песни про бравых воинов и подвиги Бирюзовых клинков.

Из амбара Мин перебрался в дом. Я застал его наводящим порядок.

Травник выбрасывал поломанную мебель и подметал пол. Когда с уборкой было покончено, он достал из тайничка под кроватью ещё одну зелёную бутылку и разлил по стаканам. Мы просидел в тишине два часа. Мин разговаривал сам с собой, а я пил и не пьянел. Не было настроения пьянеть…

Закончилась первая бутылка, травник достал вторую. Он уже еле стоял на ногах и едва не разбил пойло, когда ставил его на стол.

- О, забыл сказать! - пробормотал Мин, собрав глаза в пучок.