Мастер белого шума

Фишка с именем Фредди Милара вплотную и с большим отрывом от остальных приблизилась к верхней красной черте.

— Почему я должен признать наследником это порождение Клоаки? — черный маг никогда не называл Темный город незаконно присвоенным его жителями именем.

Безопасник сел за стол, взял свой остывший кофе и расслабленно откинулся на спинку стула, но взгляд оставался цепким, как у зверя в засаде.

— Мы составили психологические портреты ваших абитуриентов до и после личностной катастрофы. За вычетом лиц без документов и еще пары мальчишек из глухой провинции, сведения о которых не успели поступить.

Из оставшихся после всех фильтров пятнадцати человек в «группе икс» только Рик не продемонстрировал особых признаков шока от потери дара, и его поведение практически не изменилось, разве что стало более вызывающим. Молчун все же знал порядки Темной стаи и предпочитал не лезть на рожон.

— Мне бы не хотелось ступать на столь зыбкую болотную почву, как психология, но все же выскажу первый контраргумент.

Вам не кажется, что это... существо настолько тупо, что с него все, как с гуся вода?

— О, нет, профессор, не кажется. Это, как вы говорите, существо — изворотливее змея! Я уже не говорю о его пронырливости.

— Данная характеристика не относятся к Даниэлю. По рассказам его деревенского окружения, мальчик обладал прямым характером и обостренным чувством справедливости. Сложно представить бандита с такими качествами. Это второй контраргумент. У вас все доказательства такие зыбкие?

— Вот вместе и посмотрим, — менталист не скрывал удовольствия: заставить надменного и очень высокооплачиваемого академика все-таки поработать на него, да еще и бесплатно — это и забавно, и экономия бюджета.

— Раскрою еще одну карту. Для начала вернемся к событиям в Пашбе. Плита на могильнике была сорвана изнутри, а не извне, как мы первоначально предполагали. И тварь была не одна. Под плитой найден впечатляющий объем смятых в кашу и совершенно неопознаваемых ошметков с остаточным магическим фоном. Могильник давно превратился в гнездовище, к приезду экспедиции оно как раз созрело.

— Гнездовище? Невероятно! — нахмурился Эспанса. — И вы молчали два года?

— Для суда над руководителями экспедиции достаточно было и одной биомагической твари, а панику разводить ни к чему. Да и рабочие только недавно закончили вычищать тот гнойник. Сами понимаете, магия в зоне аномалии бесполезна.

— Я напомню: замеры проводились непосредственно перед вскрытием плиты.