Мастер белого шума

— Одно успокаивает, — словно не слыша продолжил серьгастый, — какую бы ценность ты ни украл, ты это оставил в городе, в академию с собой не потащил. Гложет меня, конечно, любопытство… Ну да ладно, меньше знаешь, крепче спишь. Давай-ка перекусим до темноты, пока в лесу еще спокойно, и займемся ночлегом.

После этого разговора я стал еще подозрительнее поглядывать на мага.

Так как я выспался больше всех, то и дежурил первым, с восьми до полуночи. Грегор взял на себя самое глухое время — с полуночи до четырех ночи.

Даму мы решили отправить спать до утра, но она еще где-то с час действовала мне на нервы.

Филологичка уже пришла в себя, откопала где-то спецовку и куталась в нее, сидя у маленького костра и отгоняя веткой мошкару. Я уже приготовился к душеспасительной лекции, но мадам потрясла меня в очередной раз. Она молчала! Брезговала, наверное, разговором с матерщинником. Нам же лучше.

Но, когда я уже забыл о ее существовании, Лямрия вдруг пробормотала себе под нос:

— Жизнь несправедлива, но смерть еще несправедливей.

Почему умер тот интеллигентный, умный, светлый мальчик, но остался жить этот вот низкий, необразованный вор и бандит без стыда и совести?

Проигнорировал. Что тут скажешь? Жизнь — это такая… лямрия! Хотя мне на миг показалось, что эта сумасшедшая баба говорит не о погибшем Анжее, а о Даниэле Эспанса. Но ведь я еще жив!

Чтобы не уснуть, я вытащил ящик с оружием и приводил его в порядок, чистя куском брезента от копоти и грязи, и размышлял о том, что дар на диво спокоен, несмотря ни на что.

Похоже, мой самоконтроль начал, наконец, действовать. И я спокойно обдумывал слова Грегора. И, как ни досадно, опять чувствовал себя желторотым молокососом-ниароне, которого ронены развели как последнего лоха.

Халию могли припугнуть, а еще вероятнее, купить. А роненка всегда легко пожертвует доверчивым безмозглым ниароне. Мы же не люди в их понимании. Так, нечто сродни животным, созданным для блага роненов.

Старуха знала, куда я пойду, я не скрывал интереса к академии.

Да и проследить за преображенным ее стараниями Сархи она могла легко, с ее-то паучьей сетью по всему Командорграду. А еще вероятней, следили заказчики. Те, кто заказал ей «воскрешение» Фредерика Милара, чей труп по какой-то причине не смогли поднять хозяева Клоаки.

Я пока оставлю в стороне фантастичность такого «воскрешения». Никогда я о таком не слышал. Если такое возможно, то богачи были бы бессмертными.