Слуга вечности

Трудно найти людей с одинаковым цветом кожи, – вернула ему шутеечку Алевтина Никитична.

Гордей в ужасе отдернул от книги руки, но Георгий его успокоил:

– Это кожа животных. Необычных, но животных.

– И что мне с ней делать?

– Открой.

– На какой странице?

– Дальше первой – не уйдешь, – пообещал Георгий.

 «Да что за глупости», – подумал про себя Гордей и рванул обложку, чтобы открыть книгу минимум на середине. 

Но книга открылась ровно на первой странице, как и предсказывал Коготь.

– Эммм, я не хотел бы вас расстраивать, но здесь пустая страница.

– Приложи к ней ладонь, – подсказала старушка.

– Я очень трепетно отношусь к гигиене, – Гордей не привык быстро сдаваться, если он кого решил допечь, то делал это изощренно, – сколько человек эту книгу перелапало? Сотни? Тысячи?

– Да не бойся ты! Эта вещь магическая, высшего порядка. Вреда от нее точно не будет, – проворчала бабка.

– Но антисептиком-то можно побрызгать?

– Антисептиком?! – задохнулась от возмущения Алевтина Никитична, – древнейший артефакт, да во всем мире таких всего осталось…

– Руку на страницу, – спокойно приказал Георг.

Изобразив притворную брезгливость, Гордеи приложил ладонь к реликвии. И напрягся в ожидании – что должно дальше произойти? Его в макушку должна долбануть молния?

– Мне неприятно вам об этом говорить, но кажется ничего не происходит. Ваша древнейший артефакт мог поломаться?

– Легион других кандидатов не предлагал? – Алевтина Никитична скосила глаза на Георгия.

– Предлагал. Лиз своих выкормышей толкала.

– Но ты умудрился отыскать худшее из того, что у них было!

– Народ! Нарооод! Не хочу мешать вашим милым семейным разговорам, но кажется у меня проблемы. Я руку не могу от страницы оторвать и тут кое-что появляется. Какое-то изображение.

– Изображение чего? – подалась бабка вперед, забыв о неприязни к Гордею.

– Кажется, молнии, – неуверенно ответил тот.

– Ооо черт! – Георг закрыл глаза и торопливо отвернулся от коморки.

Громыхнуло. В воздухе запахло озоном.

Глава 6

Кабинет у Георга был хоть и большим, но был плотно заставлен всяким хламом. На стене висела копия гравюры-карты как у Марии. Гордей уже знал, что эту карту называли Всевидящим Оком. По углам пылились глобус с астролябией, но основное пространство занимали шкафы с бесчисленными книгами, а кое где даже и свитками.