Слуга вечности

– В Изумрудном Городе возможно все, погляди под ноги.

Гордей опустил взгляд и увидел, то он перешагнул с пола платформы на висящий прямо в воздухе… ковер! Края ковра трепетали на легком ветру как крылья бабочки, но центр, на котором стояли агенты Службы, был тверд как камень.

– Ааа! – уцепился в Когтя Гордей, когда ковер отвалил от платформы, – у нас есть заклинание для полета? Или левитации? Или на худой конец – парашюты?

– Успокойся. Полеты на коврах безопаснее, чем…

– То же самое говорят и про самолеты! – продолжил паниковать Гордей, – почему тут поручней нет или ограждения?! Шаг в сторону, и ты лепешка!

– Попробуй шагни.

Острожной переставляя ноги, Гордей приблизился к краю ковра. Чем ближе он продвигался, тем более настойчиво отталкивал его назад поток воздуха. Сделав еще шаг, он уперся в непреодолимую «подушку».

– Ты думаешь, живущие не один век маги, совсем не думают о своей безопасности? – задал резонный вопрос Георг. 

Ответа на него у Гордея не было, он продолжал играться с «воздушным полем», пытаясь продавить его руками.

Ковер сделал вираж и направился к одной из башен. В ее остроконечном, покрытом блестящей медью куполе, зияла пробоина из которой валили белесые клубы дыма.

Колдовское средство передвижения, подтверждая свою репутацию, мягко спланировало к земле и застыло в нескольких шагах от входа. 

– Пап, ну зачем ты приехал?

Гордей поднял глаза и замер – из-за резной деревянной двери, ведущей Башню Восьмого Сна, появилось настоящее… чудо. Хрупкое и стройное, чего не мог скрыть даже изумрудного цвета балахон.

Чудо имело синие глаза на пол лица, коротко подстриженные рыжие волосы, конопушки вокруг дерзко вскинутого носика и… просто океан очарования. Столько умиления не могли вызвать даже десять беспомощных котят, мурлыкающих и трущихся об твои ноги. От того, чтобы такой девушке не сделать предложение руки и сердца, а потом нарожать вместе с ней тройку-четверку орущих карапузов, могло удержать только одно – будущий тесть с внешностью и нравом Когтя. Попробуй хоть раз обидеть малышку с глазами цвета неба на тропических островах и Георг незамедлительно продемонстрирует особенности своего прозвища.

– Просто увидеться, моя дорогая, просто увидеться!

Ого! Как Георгий вдруг умудрился исторгнуть из себя столько заботы, тепла и нежности?

– Пап, ну дури мне мозги. Ты в прошлый раз заявил, что ноги твоей больше в Изумрудном городе не будет, – не купилась на этот трюк Верена.

– Да когда это было?

– Почти десять лет назад.