Боевой устав эльфа

Еще бы, ведь павшие эльфы превращались в зомби и тут же вставали под знамена Хуру-Гезонса. Пусть неловко и неумело, но они тоже причиняли урон живой силе своего бывшего военачальника. Магия некромантов не иссякала, ее хватало на оживление бывших врагов...

Настала пора переломить хребты этим мерзким порождениям Ядра — обители чернокнижников. Федор решительно направил раптора туда, где лютовал Хуру-Гезонс, и затрубил в рог, призывая в бой резервы.

Увидев, что командир противника рвется к нему, Шаман начисто забыл о тактике.

С пронзительным воем он пришпорил червя и ринулся навстречу Федору. От внезапного рывка оруженосцы частично ссыпались со своих насестов и погибли страшной смертью под кольцами ползучего монстра. 

Хуру-Гезонс не обратил на это внимания. Ослепленный ненавистью к маршалу Стволлуту, он погнал червя с максимально возможной скоростью и вмиг оторвался от наиболее подготовленной, ударной группы армии Пылающего Марша. 

Это стало началом его конца.

Из-за изломанной полосы сухопутных кораллов, чеканя шаг, выступил идеально ровный клин темных воительниц, затянутых в черную и красную кожу.

На лицах тускло блистали стальные личины. Вороненые панцири прикрывали прекрасные тела. Конечности были затянуты в кольчужную броню. Изогнутые заколдованные мечи горели призрачным светом. 

С каждым шагом наращивая скорость, фурии бросились по направлению к Хуру-Гезонсу, сметая солдат противника, словно сухие травинки. Уже через минуту они мчались подобно смертоносному ветру. Их мечи пели песнь Кровавой Тени.

Над расширяющейся раной в рядах Шаманского войска повис туман, алый не только от молний. Отрубленные головы и конечности разлетались во все стороны. Не было пощады ни живым, ни мертвым!

Следом за фуриями мерно шагали гоблины-ветераны Зака. Полностью безучастные к окружающей битве, они терпеливо ждали момента, когда Маггут скомандует «бей», чтобы взорваться смерчем гоблинской боевой ярости. А пока почти лениво отмахивались от робких наскоков врага да деловито отсекали головы зомби, чтобы лишить действия мертвецов осмысленности.

Воинство Хуру-Гезонса дрогнуло. Да и сам он растерялся, когда раптор маршала Стволлута вспрыгнул на загривок червя и одним ударом лапы выворотил боевой посох из хитиновой плоти. Червь от боли окаменел, а ящер погрузил жадную зубастую пасть в свежую рану и выхватил изрядный шмат трепещущей плоти.

– Пришла твоя неминуемая смерть! – Федор воздел жезл и направил его пылающий рубин на Черного Шамана.